ились в декорации к кошмару. Всё было так, словно здесь пронёсся ураган или напал огром...
ились в декорации к кошмару. Всё было так, словно здесь пронёсся ураган или напал огромный, обезумевший зверь. Перевёрнутые повозки, разбитые витрины, из которых на брусчатку вывалились товары, оборванные вывески, трепещущие на ветру, как подстреленные птицы. Воздух пах гарью, пылью и… озоном, как после грозы. Страх придал ей сил. Она побежала к маленькому храму, единственному месту, которое казалось островком стабильности в этом океане хаоса, зачастую спотыкаясь об обломки чужой, разрушенной жизни. Она ворвалась внутрь, в полумрак и запах ладана, и тут же увидела его. “Адам” сидел на полу в дальней части прихожей, забившись в угол между колонной и стеной, обхватив голову руками. Весь его облик кричал о поражении. Он выглядел не как хищник, а как загнанный в ловушку зверь. — Эй… — выдохнула она, делая шаг к нему. Он вздрогнул и медленно поднял на неё глаза. В них больше не было чужого, холодного блеска. Только растерянность, стыд и безмерная усталость. — Я… Джек, — прошептал он, и голос его сорвался. — Это был Адам… Он… он вырвался. Прости… Прости меня, Мирта. Прости, что ты это видишь.