Космические Дети и Родители | Андрей Кожевников | Воспитание Психология педагогика образование
Образование · 6 октября 2026 г.
в мой адрес и требовать линчевать, за то, что довела классную.
в мой адрес и требовать линчевать, за то, что довела классную. 3. Встречу с директором не назначили. Классная утверждала, что та очень занята. Но позовет психолога и соцработника. Ок. Мы (три мамы и мой муж) пришли. С настроем, что это для проформы. Был отдельный треш)) Родители кричали уже на меня, хватали у меня вещи со стола, переходили на личности. Лейтмотивом звучала миллион раз повторяющаяся фраза «Вы не докажете!». Я отдала заявление соцработнику и сказала, что буду запускать его официально. Представители школы делали круглые глаза и говорили – какой кошмар, что же вы раньше не сказали, что в классе такое творится. А потом произнесли сакраментальное «Вы не докажете!». Я честно посоветовала им приберечь эту фразу для прокуратуры, которая придёт по моему заявлению проверить, почему школа бездействует, когда в ее стенах торгуют курительными веществами. Представители школы сказали, что доложат директору о ситуации. 4. Утром я позвонила на телефон директора школы, указанный на сайте. И тут оказалось самое интересное – она была не в курсе. Ни собрания с родителями, ни ситуации в классе. Ок, я это предвидела. Поэтому и позвонила )) Сказала, что принесу заявление. Назначили время – когда. 5. Мое прекрасное произведение – заявление на 20 с лишним страницах я отправила по е-мейлу на адрес школы, на адрес председателя Управляющего совета школы и отнесла в Управу своего района в Комиссию по делам несовершеннолетних, которую глава управы же и возглавляет. Записала номера входящих. 6. Написала пост в соцсетях. Получила много дельных советов. Но и безнадежных историй тоже. Решила, что надо таки идти до конца. Даже если потом мы решим уйти из школы, мы уйдем предварительно "раздав всем сестрам по серьгам", а не с культивированным чувством виктимного отношения к жизни. Еще раз напишу, что это все мы проговорили с сыном. Он не хотел уходить из школы из-за Миши. 7. Написала маме ученика, рисующего фотожабы, что хочу встретиться до того, как подам на них в суд. Была послана со словами «Встретимся в суде!». 8. Восемь – восемь (!) человек встречалось со мной и мужем (ну, ладно, мама Миши тоже была) в кабинете директора. Помимо представителей школы, были еще председатель управляющего совета и представитель департамента образования. Школа включилась. Ну, сперва председатель управляющего совета задал мне очевидный вопрос: «А вы не хотите забрать своего сына?!». Я честно запретила даже предлагать мне такие советы – этот кейс мы разберем с сыном до конца, а со школой еще и памятку напишем на тему буллинга. «Не надо памятку!» - взмолилась школа))) 9. Здесь отдаю должное школе, процесс пошел – в классе провели встречу с инспектором по делам несовершеннолетних, отдельно переговорили с родителями учеников, которых я указала в коллективном (это важно) заявлении. Отдельно по двум фактам встречались с родителями, инспектором по делам несовершеннолетних (прекрасная девушка!!) и нами. Деньги в итоге вернули, извинения принесли. Ученика, торгующего вейпами, поставили на учет. Бормотали «мы не знали, что вы обидитесь, мы не знали, что за это идут в суд» - это на фотожабы. На мой вопрос маме – понимает ли мама, что если я говорю, что пойду в суд, то это значит я туда пойду, а не просто сотрясаю воздух – кивали и угукали. И надо же – никто не хамил)) 10. Класс (а я имею в виду и детей и родителей) замер. В таком знаете ли нейтралитете. Никто не ожидал, что я не буду участвовать в «родительских боях» и выяснениях, чей сын должен «лучше помыться и может тогда с ним дружить будут». А что мы пойдем прекрасным бюрократическим путем писем и жалоб. Все сразу научились культуре, одергивают желающих рисовать фотожабы, и не достают окружающих. Ну, не красота же )) 11. Уже в этом году мне звонили из управы и сказали, что готовят ответ на мое заявление со списком проведенных мероприятий; звонил представитель депробра узнать, довольна ли я ситуацией в классе. 12. Поживем увидим, что будет дальше… И вывод – ни