Всем привет. Я — Нина, мне 29 лет. Я болела анорексией около 7 лет. — 22 августа 2026 г. в 10:32:32.045
Всем привет. Я — Нина, мне 29 лет. Я болела анорексией около 7 лет. Сейчас я почти год на восстановлении, но мои тревоги никуда не делись. Я всё ещё учусь слышать себя, а не голос болезни в голове. Учусь разделять истину и ложь — например, когда тело говорит: «Я голодна», а разум шепчет: «Ты не достойна, ты не голодна». Я до сих пор ловлю себя на том, что сравниваю себя с другими — не только с идеальными моделями, но и с теми, кто, как и я, страдает. И когда кто-то худеет, мне хочется одновременно и остановить его, и вновь вступить в эту гонку за похудением — чтобы быть «достойной». Я понимаю, что это — искажение, но оно есть и о нём почти не говорят. И когда я вижу, как экстремальная худоба становится трендом, у меня начинается паника. Очень жаль, что сейчас нас снова начинают влюблять в худобу. Кто-то из звезд открыто говорит, что худеет на уколах, кто-то это скрывает, а кто-то просто выглядит как человек с нездоровым отношением к еде, но подаёт это как заботу о себе, дисциплину. Когда такие образы становятся нормой — нормализуется болезнь. Как можно говорить о здоровье, если цель — сделать человека худым, а не живым? Проще повесить ярлык «лишний вес», чем разобраться, почему человек перестал слышать себя. Проще продать таблетку для похудения. Это бизнес, на котором, к сожалению, очень хорошо зарабатывают. По ссылке читайте большой текст о том, почему экстремальная худоба снова стала модной, что происходит в тематических каналах и чатах про похудение и как помочь человеку с РПП.