Творческое наследие Лубсан-Доржи Данжинова
Творческое наследие Лубсан-Доржи Данжинова Доктор исторических наук Ванчикова Цымжит Пурбуевна и кандидат исторических наук Аюшеева Марина Васильевна (ИМБТ СО РАН, Улан-Удэ) представили результаты исследования письменного наследия седьмого настоятеля Агинского дацана. В фондах Центра восточных рукописей и ксилографов ИМБТ СО РАН хранится каталог «Eldeb ǰüil nom-ud-un garšaү amui», включающий 35 текстов общим объёмом 455 листов. Сочинения Данжинова делятся на религиозные и светские, причём в наставлении «Разъяснение пользы принятия монашества и поклонения трём драгоценностям» процитировано более 10 текстов канонической и комментаторской литературы, включая «Синюю книгу», «Сутру Белого лотоса» и «Алмазную сутру». Авторы пришли к выводу, что сумбум Данжинова является первым бурятским собранием сочинений на старописьменной графике, что подчёркивает его роль как основоположника бурятской книжной традиции. Будда Рабданов: востоковед и дипломат Доктор исторических наук, заслуженный профессор Байкальского государственного университета Кузьмин Юрий Васильевич реконструировал многогранную деятельность Буды (Будды) Рабданова (1853–1923) — бурятского просветителя, переводчика, редактора газеты П. А. Бадмаева «Жизнь на восточной окраине» и российского дипломата. Рабданов, знавший семь языков (русский, английский, бурятский, монгольский, немецкий, китайский, тибетский), был учителем таких выдающихся деятелей, как Г. Ц. Цыбиков, Ц. Жамцарано и Б. Барадин. В 1898–1901 годах он сопровождал Агвана Доржиева в поездке по Западной Европе, где в 1901 году в Музее востоковедения Гиме во время Всемирной выставки в Париже прочёл лекцию о религии и этнографии монголов, китайцев и бурят в присутствии около 400 человек, включая французского политика Ж. Клемансо. Особое место в докладе заняла дипломатическая миссия Рабданова в Восточном Тибете (1903–1904): под видом буддийского паломника он был направлен в г. Дацзянлу для поддержания тайной связи с Далай-ламой и сбора сведений о действиях англичан в Тибете. Его секретные телеграммы российскому консулу в Ханькоу А. Н. Островерхову и посланнику в Пекине П. М. Лессару стали важным источником информации для МИД России в период подготовки британской экспедиции в Тибет.