Часть 1/2 — 13 июля 2026 г. в 04:22:59.500
Часть 1/2 Марафон весенних новинок: переходим к фунгицидам Инсектицидную часть обновления закрываем: дальше в каталоге преимущественно продления регистраций и формальные расширения регламентов. Переходим к фунгицидам — и первый кандидат здесь интересен не новизной молекулы, а её механизмом. Шрапнель, ВГ — дитианон, 700 г/кг. Яблоня, парша, 0,5–0,7 кг/га. Новый препарат, но тема старая: по сути перед нами очередной аналог Делана 700. Однако в регистрации есть любопытный парадокс: биохимически дитианон — один из самых неспецифичных фунгицидов, а регламент занимает одну строку — одна культура и одна болезнь. Дитианон относится к хинонам, FRAC M09. Это контактный мультисайтовый фунгицид, работающий совсем не так, как триазолы, стробилурины или SDHI. У тех есть конкретный фермент или участок дыхательной цепи. Дитианон действует грубее: его электрофильная молекула реагирует с тиоловыми группами –SH в цистеиновых остатках белков и в восстановленном глутатионе. Под удар одновременно попадают гликолиз, пентозофосфатный путь, клеточное дыхание и антиоксидантная защита. Среди чувствительных ферментов описаны глицеральдегид-3-фосфатдегидрогеназа, глюкозо-6-фосфатдегидрогеназа, малатдегидрогеназа и глутатионредуктаза. Гриб теряет и производство энергии, и NADPH, и способность восстанавливать глутатион — главный клеточный буфер против окислительного стресса. Особенно уязвима в этот момент прорастающая спора. После намокания она резко активирует дыхание, синтез клеточной стенки и ростовую трубку — и именно тогда встречается с дитианоном на поверхности листа. Поэтому препарат прежде всего подавляет прорастание спор и формирование инфекционной гифы до проникновения в растение. Это важное уточнение: парша — не «поверхностный гриб». На поверхности проходит только заражение, затем Venturia inaequalis внедряется под кутикулу и развивается субкутикулярно. А дитианон туда практически не идёт. Поэтому это защитный контактник, а не препарат для очистки уже заражённого листа. Очень раннее действие после начала инфекционного периода возможно, пока спора ещё прорастает, но полноценного лечащего окна здесь нет. Возникает другой вопрос: если молекула так неспецифично атакует клеточные тиолы, почему она не повреждает саму яблоню? Потому что её избирательность определяется не биохимией, а доставкой. Дитианон почти не растворяется в воде, удерживается на поверхности и в восковом слое, а клетки растения прикрыты кутикулой. Прорастающая спора сама выходит к фунгицидному остатку. Внутренней селективности у молекулы нет — отсюда и известный риск оржавления молодых плодов на чувствительных сортах и при неблагоприятных условиях. Почему же в регистрации только парша? Не потому, что дитианон узнаёт именно Venturia. В других странах его применяют против парши груши, монилиозов, ржавчин, антракнозов, курчавости, клястероспориоза, фомопсиса и ряда болезней винограда. Узость «Шрапнели» — это прежде всего объём регистрационного досье. Но именно с паршой физика препарата совпала особенно удачно: дождь выбрасывает аскоспоры, создаёт необходимую для заражения водную плёнку — и одновременно приводит их в контакт с заранее нанесённым фунгицидом. После высыхания дитианон достаточно хорошо удерживается на восковой поверхности, однако новый прирост он не защищает. Поэтому указанные 8–14 дней нельзя воспринимать как календарную гарантию. Во влажную весну и при быстром нарастании листового аппарата четырнадцать суток для контактника могут оказаться слишком длинным интервалом.