Если смотреть на жизнь батюшки Серафима Саровского со стороны или совсем по мирскому, т...
Если смотреть на жизнь батюшки Серафима Саровского со стороны или совсем по мирскому, то внешних причин для радости у него попросту не было. Однако он неизменно встречал людей словами: «Радость моя, Христос Воскресе!» Удивительно, но монастырская братия считала, что батюшка Серафим находится в прелести, а среди мирян ходили слухи, будто старец и вовсе занимается колдовством. Но даже в лесных чащах, куда он уходил в поисках уединения, его все равно находили люди и засыпали вопросами самого разного рода, от сердечных дел до советов по покупке скотины. Неудивительно, что преподобный нередко прятался от непрошеных гостей. Единственными, от кого старец не мог скрыться и не хотел, были дети. Стоило ему услышать в лесной тишине тоненький голосок, звавший его на лужайке, как он выходил из укрытия. И это несмотря на то, что прекрасно понимал: за детьми стоят взрослые, которые нарочно посылали малышей, чтобы снова завести с ним беседу о муже-пьянице или склочной соседке. Архимандрит Серафим (Чичагов) посвятил немало сил тому, чтобы собрать воедино всё, что касалось жизни саровского подвижника. По архивным материалам он составил «Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря» и передал её напрямую Николаю II, минуя Священный Синод. Человек, хорошо разбиравшийся в церковных порядках, он понимал, что через синодальный путь дело не пройдёт. За этот шаг обер-прокурор Победоносцев навесил на будущего священномученика ярлык «пролазы и плута». Царская семья давно питала особое почтение к старцу из Сарова. Николай II и его супруга были убеждены, что здоровье одной из их дочерей поправилось по молитвам батюшки Серафима, а рождение долгожданного сына они также связывали с его небесным заступничеством. После этого государь поручил обер-прокурору заняться подготовкой к прославлению старца. Однако синодалы не торопились. Одним из главных возражений стало то, что останки подвижника оказались тленными и не источали благоухания. По тогдашним понятиям даже среди высшего духовенства бытовало твёрдое убеждение, что признак святости непременно предполагает нетленность мощей. Митрополит Вениамин (Федченков) вспоминал: «Тело преподобного предалось тлению, кости, совершенно сохранившиеся, расположены правильно... Волосы главы и бороды седовато-рыжеватого цвета также сохранились». Митрополиту Антонию (Вадковскому) пришлось написать обстоятельный богословский труд, чтобы развеять это заблуждение. Он писал: «Нетление мощей вовсе не считается признаком для прославления святых угодников; нетление мощей, когда оно есть, есть чудо, но только дополнительное к тем чудесам, которые творятся чрез их посредство». Сомнения рассеялись. И всё же канонизация состоялась лишь тогда, когда государь проявил твёрдость и настоял на своём, вопреки сопротивлению обер-прокурора и синодальных членов. Стоит упомянуть и ещё об одном поводе для нападок. Батюшка Серафим принимал в своей келии всех желающих, невзирая на пол, возраст и положение в обществе. Кроме того, его забота о сёстрах Дивеевской обители питала слухи и домыслы самого неприятного свойства. Клевета на праведников, как видно, не меняется со временем. Обидно лишь то, что те, кто её распускал, так и не извлекли из прошлого никаких уроков для себя. Духовные дары преподобного и его аскетические труды поражали воображение. Долгое время он питался исключительно снытью, провёл тысячу ночей в молитве на камне, понимал язык зверей. Богородица являлась ему вместе со святыми. Он исцелял болящих, читал мысли людей, знал их прошлое и предрекал будущее, в том числе говорил о судьбе России. Всё это произошло не случайно. В дивеевских тетрадях сохранилось пророчество самого преподобного: «Будет время, когда царь, который меня прославит, и я его прославлю». Этот царь должен был прийти и прославить подвижника. Так и случилось. «Радость моя! Христос Воскресе! Нет нам дороги унывать, потому что Христос всё победил!» Преподобный Отче Серафиме, моли Бога о нас! 30.07.2026 г. Алексей Фадеев (автор-исполнитель)