Здесь, мне кажется, есть несколько слоёв, и главный из них вообще не про «у меня не хва...
Здесь, мне кажется, есть несколько слоёв, и главный из них вообще не про «у меня не хватает материнской любви на троих». Первое, что бросается в глаза: вы очень тепло реагируете именно на маленькость ребёнка — когда он зависим, телесный, нуждается в вас, легко принимает объятия и много возвращает нежности обратно. А подросток — это уже другой тип связи. Он отделяется, спорит, закрывает дверь, может смотреть критически, не нуждаться в вас каждую минуту. Для некоторых матерей именно на этом этапе чувство будто «гаснет», потому что раньше любовь была сильно связана с ощущением: «я нужна, я могу утешить, обнять, защитить». И старшая дочь, похоже, попала в это место раньше остальных. Когда родился сын, она буквально за один день стала для вас «большой». Хотя ей было четыре. Потом появилась младшая — и роль старшей закрепилась окончательно. Но есть ещё более тонкая вещь. Старшая дочь сейчас может бессознательно напоминать вам о вашей вине. Вы смотрите на её фотографии и плачете не только потому, что скучаете по той трёхлетней девочке. Возможно, вы ещё и каждый раз сталкиваетесь с мыслью: «Я тогда недодала. Я слишком быстро её отпустила». А к человеку, рядом с которым мы сильно виноваты, иногда парадоксально труднее проявлять тепло. Потому что близость поднимает слишком много боли. Я бы ещё внимательно посмотрела на вашу реакцию на подростков вообще. Вы пишете, что они кажутся вам «противными». Тут может быть важный ключ. Подросток — это уже отдельный человек с характером, неудобными эмоциями, несогласием, своей волей. Маленького ребёнка легче любить без столкновения с его отдельностью. И поэтому я бы не пыталась заставить себя «чувствовать одинаково». Это почти никогда не работает. Я бы спросила себя другое: что именно во взрослении дочери мне тяжело выдерживать? Её самостоятельность? Холодность? Несогласие? То, что она больше не нуждается во мне так, как раньше? Или то, что рядом с ней я слишком сильно чувствую, сколько времени упущено? И вот здесь уже может быть ваш «ключ». С дочерью сейчас важно не наверстывать детство искусственными объятиями «потому что надо», а строить новую близость — уже с двенадцатилетней девочкой. Узнавать её заново. Что она слушает, чего боится, кем хочет стать, что её бесит, что смешит. Иногда идти вдвоём куда-то без младших. Не только «мама и ребёнок», а два человека, которым ещё предстоит заново найти друг друга. И я бы правда сказала ей однажды: «Мне кажется, когда родился брат, я слишком рано решила, что ты уже большая. А сейчас понимаю, какой маленькой ты тогда была. Мне очень жаль, что я это не видела». Не как исповедь о том, что вы «любите её меньше». А как признание того, что вы понимаете, где между вами когда-то стало меньше тепла. И ещё: если вы чувствуете, что отстранение от старшей сохраняется и вас это пугает, я бы не оставляла это только на уровне размышлений. Здесь действительно есть смысл несколько встреч со специалистом посвятить именно вашей истории материнства и тому, что для вас происходит, когда ребёнок перестаёт быть маленьким. Там может оказаться гораздо больше, чем кажется сейчас.