АС

Альманах стихотворцев

Книги · 11 июля 2026 г.

Открыть канал в MAX

КУНИЧЕНКОВО

КУНИЧЕНКОВО Сегодня расскажу я о деревне, Которой уж в помине нет. Куниченково, Селижаровский район. На карте есть, в реале нет. Её судьба, как многих деревень России, Тяжела, трудна. Но память до сих пор жива. Как много деревень в России, Как много милых сердцу уголков! Река и лес. Рыбалка и охота, Сбор грибов и ягод. А за околицей, вдоль леса — Бескрайние поля... Где жители трудились: Пахали землю, растили хлеб. А вспомните луга! Травы — укоса нет. Корова — матушка для всей семьи. А бабушка моя работала на ферме, Растила там телят и поросят. Ей мама помогала после школы — Коров доила, убирала скот. Тяжёлая работа не угнетала, Воспитывала силу воли, Любовь к земле. Колхоз в деревне — это сила, Теперь колхоза нет, деревни нет. Деревня милая, красивая, прости нас, грешных, не спасли тебя, родная! Ведь каждая деревня — это семья, Народ жил сообща, деля друг с другом И беду, и радость. Постройка дома, свадьба, Рождение детей. Открылся клуб — и танцы, песни в праздник. Ура! Там привезли кино — И вся деревня смотрит. В каждой деревне праздники свои, И каждая имеет угощение: Рыба, дичь, ягоды-грибы. У каждой свой фольклор, Ценили обычаи свои. Потом открылась школа, Ходили до неё пешком. Библиотека, где «много» книг, Туда девчонкой мама бегала. Да, жизнь крестьян трудна была, Но жили весело, есть что вспомнить. (Мама помнит до сих пор.) И всё бы было хорошо, Но воз проблем — он не решаем до сих пор. И что же за причины? Нет дорог! Тропинки, гати через лес. Нет газа уже много лет. Во многих деревнях вода в колодце, А туалет на улице стоит. Отток народа в город. Город — есть соблазн. В деревне жить не каждый сможет. Нет магазинов, клуб закрыт давно. И даже школы нет, зачем она? Когда учить здесь некого. Разрушены колхозы, фермы. Поля берёзой заросли, И речка обмелела. А на окраине — погост, Зарос крапивой и кустами. Сюда не ходит уж никто, Не вспомнят тех, кто умер. Вот так деревни погибают из-за нас. Не чтим традиций, всё старо, обыденно. Сельхозугодья уничтожены, Деревня доживает век. Как ей помочь? Не знаю. Нет точного ответа. Деревня русская, наш отчий край, Источник жизни многих. Деревню возродить несложно, Народ — основа. Но там, где нет комфорта, Не поедет человек. Деревня — это же не город, Деревня — свой, особый рай. Она — источник связи с родом, Она — источник света и тепла. Сюда манят устои жизни, Обычаи, традиции. Деревни ждут, Когда их вспомнят и вернутся. А пока стирает время И деревни, и города... 🗓 19.05.2026 г. (с) Наталья Михеева 📍 Кувшиново, Верхневолжье 💬 СЛОВО АДМИНА Стихотворение Натальи, которое вы только что прочитали, — это не просто изящная лирика. Это поэтический документ эпохи. Автор бьёт по самым живым, кровоточащим струнам души, превращая личную трагедию опустевшего родного гнезда Куниченково в Селижаровском районе в масштабный, горький образ уходящей Атлантиды. Посмотрите, как чутко со стихами Натальи рифмуется визуальный ряд из прикреплённого выше ролика Татьяны Виталиной. Картина берёт начало в пока ещё живой тверской деревне Бор, у порога столетнего дома дедушки и бабушки автора. Но едва звучат слова: «Мало уже чего осталось», как камера уносит нас в глубь Ульяновской области, к селу Шлемасс. Там одинокое человеческое жилище затеряно среди холмов, а багряный осенний лес безмолвно и неумолимо поглощает последние следы человека. Когда же раздаётся хлёсткий вопрос Растеряева: «Зачем там народ какой-то нужен?», мы вновь возвращаемся на тверскую землю, в деревню Подол. Маленький ребёнок у вековой ивы, заворожённо провожающий взглядом домашних гусей, становится живым, пронзительным ответом на весь холодный и прагматичный цинизм «цивилизационных схем». Поэзия и визуальные образы бьют наотмашь. Но что стоит за ними в реальности? Каковы истинные, задокументированные масштабы этой трагедии у нас в Верхневолжье? 👇