— Как ты думаешь, какое качество делает тебя хорошей актрисой? В чем твоя суперсила? — 25 апреля 2026 г. в 05:06:01.017
— Как ты думаешь, какое качество делает тебя хорошей актрисой? В чем твоя суперсила? — Приятно, когда тебе говорят, что ты хороший артист, но я считаю, что не имею права говорить это сама себе. Мы даже из отпуска всегда приходим с ощущением профнепригодности — приходится всё нарабатывать и во всё погружаться заново. Я думаю, что путь актера — это саморазвитие до конца жизни, нельзя сказать себе: «Я мастер» — и почивать на лаврах. Например, я неделю не спала ночами и болела маленькой ролью в «Трёх сёстрах», где я, взрослая женщина, произношу монолог молодой девушки. И вот вроде бы ты опытная актриса, пошла и сделала — да нифига. Но, конечно, жизненный опыт помогает. Потери и предательства, встречи и расставания — всё это априори используется в роли. В «Чайке» я играла до рождения ребёнка и сейчас понимаю, почему не могла сделать некоторые вещи: тогда я еще не стала матерью. И кстати, все актрисы, которые узнают радость материнства, всегда делают большой профессиональный скачок. — А ты хотела бы, чтобы твоя дочь была актрисой? — Нет. Это очень тяжело. У меня нет жизни вне театра. Дома театр, в отпуске театр, ночью театр, утром театр. Идёшь от дома до театра — бубнишь роль, думаешь, как прочитать монолог. — Но себе другой судьбы ты не хотела бы? — Себе — нет, не хотела бы. Театр исцелил какие-то мои раны, сейчас мне кажется, что я была очень ранимым подростком. Но за это ты и платишь отсутствием жизни вне театра. — Можешь сказать, были ли у тебя такие партнеры, с которыми на сцене ты чувствовала полное понимание? — Да, такие партнеры были и есть. С Антоном Кирковым и Витей Осиповым работается так легко, что это даже удивительно. Эдик Тимошенко тоже мой любимый партнёр, но с ним всё по-другому: сам процесс работы нелегкий, а получается здорово. И я не буду называть имен, но чувствую, как этот партнерский дар растет в некоторых молодых артистах. Кому-то повезет с ними поработать. — А с режиссёрами тоже такое происходит? — Да. Мне кажется, это волшебство начинается, когда у режиссёра ко мне есть доверие. Когда режиссер мне доверяет, то и я доверяю ему, окрыляюсь, начинаю что-то сочинять — и многое получается. — Расскажи, пожалуйста, о своем преподавательском опыте. — Это вышло очень неожиданно. Артём Владимирович Терехин позвонил мне, сказал, что набирает курс, и предложил стать педагогом по сценической речи. Я положила трубку и удивилась: как он это сказал? Что я согласилась? Зачем мне это? Но сейчас понимаю, что правда могу многим поделиться со студентами, и им это нужно, они это берут. Я действующая актриса, и мне проще подстелить им соломки: я понимаю, с чем они столкнутся, когда придут в театр. А они меня слушают, слышат и делают. Мне кажется, мы были другими — до нас всё доходило сложнее. А они смелые и готовы на всё. Если они останутся в театре, мы уже будем на «ты», и будем вместе играть, и ходить на какие-то посиделки, спорить, получать от режиссера. Я не буду их мастером, я буду их коллегой. И это вдвойне интересно. — Как бы ты хотела, чтобы о тебе писали в нашей Книге отзывов? Какую фразу хотела бы там прочитать? — Для меня лучший комплимент, когда говорят: «Какая у вас хорошая труппа!» или «Какой это был хороший спектакль!». Я люблю коллег и любуюсь ими. Спектакль — это общее дело, ну что ты можешь один?