* * *
* * * Стою я, граждане, в очереди на прививку от гриппа. Дело добровольное, но обстановка нервная. Народу набилось – не протолкнуться, каждый своё здоровье караулит. Вдруг сзади меня один мужчина аккуратно так локтем тыкает. Вид у него, прямо скажем, недовольный, будто впереди не процедурный кабинет, а поле с минами. – Что, – спрашивает, – милая гражданка, вас тоже на производстве тиранят и силком под иглу гонят? Я женщина сознательная, мне скрывать нечего. – Да нет, – отвечаю, – бог с вами. Какое производство? Сейчас этот грипп вовсю полыхает. Ребёнок заразы полон рот принесёт, а мне опосля болей, кашляй и медикаменты переводи? Не имею такого эгоистического желания. Мужчина мой ответ в голове покрутил, губами подёргал, но от своей линии не отступает. Бывают такие граждане, которым дефицит угнетения кругом мерещится. – А нас, – говорит с обидой, – ежегодно в принудительном порядке этой медициной колют. Без зазрения совести. И так, знаете, с чувством в пространство добавляет: – Вот ведь суки! Тут я, признаться, малость опешила от такой неблагодарности к государственному аппарату здравоохранения. Замолчала, мысль регулирую. А после деликатно так интересуюсь: – И как же, – говорю, – действует на вас этот административный произвол? Сильно ли вы после этого гриппом страдаете? На бюллетене лежите? Извините за нескромный вопрос. Тут гражданин, выражаясь научно, заклинил. В глазах у него произошёл полный туман и переучёт ценностей. Постоял, подумал, да и выдаёт с крайним изумлением на лице: – Да как вам сказать… Вообще-то не страдаю. И не болею вовсе, чтоб им пусто было. – Вот ведь суки, – согласилась я с чистым сердцем. – Отрезали человеку всякий путь к законному недомоганию.