Если бы знать наперёд. — 19 июня 2026 г. в 07:41:02.608
Если бы знать наперёд. Стрекоза думала, что живёт последнее лето. Дальше ничего нет. Муравей думал, что жизнь долгая штука, мыслил десятилетиями, строил планы. При этом муравья раздавили, спустя неделю, как он взялся за дело. Его звали Максим. Стрекоза же пережила лето, дождливую осень, жуткую зиму без дома, весну, снова лето. 20 лет думала, что «ну, вот, уже, уже всё!», но было ещё не всё, а потом ещё, и ещё, и так 30 лет. Итого 50. Холоднючая зима, голодно, холодно. Каждый раз: надо бы заранее подготовиться, но… А вдруг именно это лето последнее? И опять на те же грабли. Жара, Дождь, Холодрыга, Потеплело, Пришла весна. Муравей. Другой. Его звали Пётр. Смотрел на стрекозу и не мог поверить: почему она не строит план, потом дом по этому плану, не запасает еду на зиму, не копит сбережения , сбережения в инвестиции, акции, облигации: хотя бы зарплату на депозит? Нет? — А что если нет никакого будущего? Ты об этом не думал? Ты откладываешь жизнь на потом! У тебя столько возможностей, а ты: сбережения, экономия, потерпеть, подождать. Чего ждать? - спорила стрекоза с муравьем. — Посмотри на себя. Тебе сколько? 32? Ты каждый год ждёшь конца света. Но его нет. И ты, как тогда, так и сейчас, не можешь себе ничего абсолютно позволить. Ты была за границей? Стрекоза никогда не была за границей. Максимум в Казахстане. Но и-то, там чуть-чуть, без заезда в иностранные города, так чисто в близлежащий поселок. Может это и не Казахстан был, а всё ещё - около Оренбург. У неё на это не было денег. И терпения. Надо было пройти процедуру получения документов. Паспорт, Виза, разобраться, как в другой стране с жильем, связью, роумингом, интернетом. «Писец, там замороча» - каждый раз махала рукой. А муравей был. Не Максим, а Пётр. Максима раздавили сразу, как только он задумался о своих планах. А Пётр был за границей. Несколько лет он работал, чего-то строил, копил. Все активы при этом пару раз сгорали в лесном пожаре. Но он упрямый. Начинал всё сначала и опять сумму какую-то набирал. Был в Китае, в Малайзии, на Бали несколько зим подряд, Сингапур, Япония, Корея Южная. Что-то тянуло его в азиатские страны. — А в Европе был? — Конечно. Париж, Рим, Варшава, Венеция. — Расскажи, как там? — А че ты сама не съездишь? — Ну, не… Не… У стрекозы была своя танцевальная студия. Ну, как студия: она, зал, колоночка JBL и небольшая группа всё время откуда-то берущихся учеников. — У меня денег нет по заграницам мотаться. — У тебя бизнес. Просто ты не умеешь его прибыльным сделать. — Слушай, Петь, иди на холм! Строй там свой небоскрёб, а ко мне не лезь. У меня творчество! Как ты не поймешь своей муравьиной головкой? Это совсем другое! Опершись на берёзу, стояла она одна на лесной поляне, жевала соломину, смотрела на встающее солнце и думала «А что если Петя прав?» Вот бы знать наперёд, последнее это или не последнее лето? Неохота лишать себя праздного времяпрепровождения в пользу реализации планов, которым не суждено сбыться. Всё-таки жизнь одна. И хочется взять от неё максимум. А не профукать время. В наушниках заиграла музыка. Стрекозу потянуло в пляс. Заканчивался июнь её последнего лета. ____ 🙂👉 Вход в клуб руководителей школ танцев Открыто до начала июля. Это для тех, кто решил что-то начать планировать, считать, строить. Не только танцевать.