О предложениях: сложносочиненных, сложноподчиненных и тех, от которых невозможно отказа...
О предложениях: сложносочиненных, сложноподчиненных и тех, от которых невозможно отказаться. Тогда я уже знала, что Пал Юрич решил просить моей руки, сердца и всего к ним прилагающегося, но ему свой секрет о знании его секрета я не выдавала ни под какими пытками. Да и не пытал меня никто, что уж там. Мне даже не пришлось искать, шаря по шкафам, как новогодний подарок в детстве, ПЮ сам обмолвился, что копит на кольцо. То самое, про которое я вот здесь писала. Я сразу все поняла и сделала выводы, что а) в разведку мы с ПЮ не пойдем б) замуж пойдем. Чтобы как в романтических фильмах: вокруг красиво, он на колене, я рыдаю и киваю, Пал Юрич озаботился поиском локаций. Потому что колени, руки и кольцо уже были. По какому-то радио в машине ПЮ услышал, что в Новокузнецке - юг нашего региона, есть «то, что нужно» парк, и входит он в топ-3 по России. По какому поводу рейтинг мой окрыленный любовью и дурманом цветущих души и лета будущий муж уже не слушал. Очевидно же, что самое прекрасное в мире место, чтобы услышать от самой прекрасной меня «да». «Ну все, - говорит, - едем в Новокузнецк, просто погуляем». А мы тогда особо никуда не ездили, поэтому пазлики-то у меня в голове сложились, ага, на кольцо копил, парк какой-то топ нашел, никакое это не «просто». Но виду не подаем, оба. Он, что готовится, я, что все знаю и готова. Едем. Останавливает нас милиция (да, дети, я жила во времена еще таких названий), пока ПЮ вышел из машины для проверки документов, мне срочно приспичило что-то протереть салфетками, открываю бардачок, а там коробочка. Я все открыла и посмотрела. Даже больше: я сфотографировала кольцо, отправила подружке (привет, Лиза), и мы обсудили, какое невероятное кольцо, и как вообще все будет здорово. Едем дальше, я довольная, ПЮ со штрафом - идиллия. И вот парк… Горького или Гагарина, я не помню, Балабанова бы подошло лучше всего. Возможно, сейчас его уже отремонтировали, но тогда только карканья ворон и серого, набухшего дождевыми тучами неба не хватало: редкие, какие-то обглоданные деревья, потрескавшиеся пятна выжившего асфальта, и очень старые аттракционы, настолько старые, что они скрипели и молили привести проверку и закрыть их ко всем ругательным матерям. Атмосферно. ПЮ вздохнул, проглотил заготовленную предложенческую речь и повел нас обедать в ресторан. Было утро и мы молодые, а открытых ресторанов не было. Да что там, денег-то у нас особо тоже, но для двух любящих сердец разве это имеет значение? Позавтракали в какой-то столовке, на том и закончили. Потому что в бокал шампанского кольцо кинуть можно, а в компот - кощунство. На обратном пути домой грустили оба: я, что замуж не позвали, он - что не позвал. Но виду не подавали. Конспирация. И тут за окном поля, спасибо же моей бескрайней Родине за это. Я говорю: «О, какая красивая пшеница!» Тут Есенин бы такой: «Ну моя, ну мояяяяя». Но Сергея не было, зато Пал Юрич сразу встрепенулся, улыбкой озарился: «Нравится?» - говорит. Будто бы сам посадил. «Ой, - говорю, - нравится!» А на дворе июль, пшеница зелененькая вся еще, если б не тот парк, откровенно говоря, так себе пшеница. Но ПЮ, цветущий прямо на глазах, сворачивает в поля. Ну вот, думаю, будет мне предложение-то! Иду впереди, он позади, минуту, две, три, у меня уже и волнительное дыхание успокоилось, а он никак не останавливается, замуж не зовет, колено не преклоняет. До середины поля дошли, наслаждение пшеницей с каждым шагом тает, не выдержала, думаю, обернусь. Мужчина этот роскошный на ходу пытается достать коробку из кармана. Руки от волнения, естественно, трясутся, а карман, конечно, в размерах уменьшился и всем подкладом эту коробку держит. Идет мой воин, сражается. “Остановись!» - говорю. Остановился, выудил эту красоту, сказал, все, что должно было, я согласилась, и жили они долго и счастливо. И никто им в комментариях не писал, какое кольцо не такое.