Беру сегодня кофе в кафе на Тверской, недалеко от Красной площади, мне делает его юная ...
Беру сегодня кофе в кафе на Тверской, недалеко от Красной площади, мне делает его юная девочка, в облегающих легинсах, и столько в ней я увидел простоты и естественности, столько органичности и самости какой-то, детскости как будто, чистоты и наивности, а на улице так морозно и хорошо и свежо и все это центр, центр — что на мгновение сжало мимолетное чувство душу мою — все бы я сейчас отдал, все сокровища мира отдал бы, всю свою жизнь — чтобы стать вот этой девочкой, что работает в кафе в самом центре Москвы, юная, ничего еще не понимающая, не знающая, вся в этой своей такой простой и незамысловатой (и наверное нелегкой) жизни, и какой-то наивности, еще неразбуженная жизнью девочка, ненаученная и спящая в сне своей молодости, в своем самом начале жизни — девочка у которой все-все впереди а жизнь еще даже не начиналась Бывают такие абсурдные мысли-образы. Они длятся меньше секунды. Пролетают как детский ангел безумия и исчезают. Но оставляют вот такие шрамчики на душе, невидимые, нежные. Ничего из нажитого и прожитого не нужно было мне в этот миг, никаких Арсениев Гончуковых не нужно было... Это просто конечно неизбывная тоска по юности, по прошлому, по навеки упущенному времени, по жизни, по молодости, по мне самому, в ее возрасте... по Богу... Девочка, девочка... Кофе был вкусный... Морозная свежесть Москвы... Еще поживем! Еще поживем! — Настроение — все бросить, заварить себе кофе со сливками и сесть писать большой и глубокий русский роман. Осень.