Страшное в России время. Самое страшное в России время. Вышел гулять, замерзли руки, хо...
Страшное в России время. Самое страшное в России время. Вышел гулять, замерзли руки, холод, мороз металлом своим сжал ладони, до костей проморозил, сталь, чугун, крепкие тиски наступающих морозов, первая ласточка. У меня не было зимы два года. И вот идет зима, а мне страшно. Надо теплее одеваться. Продуло спину. Замерзли кулаки. Хочется сидеть в кофейне и пить горький капучино. Хочется спрятаться в торговом центре, в его теплых золотых огнях и уюте. В Москве много где можно спрятаться. Но на улице все страшнее. Черные провалы подворотен, холод крупнозернистого асфальта бесконечных шоссе, пораженных, как проказой, пробками. Страшное время. Идет зима. Как татаро-монгольское иго. Так мне шепчет память предков. Зима близко. Кулаки ноют от мороза. Промороженные кулаки. Тут Россия, сынок, тут через пару месяцев на улице можно сдохнуть... Просто замерзнуть. Просто умереть от присутствия в мире. Со связью все хуже. С интернетом все хуже. Как будто его тоже замораживает, он застывает, визитки радостных красивых актрис зависают на полуслове, но девочки старались, писали, жду, перезагружаю... Российские сервисы, чьи серверы через дорогу у меня на Ленинградке, работают хуже, чем зарубежные через ВПН... Почему так? Кто все это сломал? Еще страшнее. Потому что и мороз, и между нами как будто все меньше связей, связи... Ладно, мы справимся. В кофейнях все лавочки заняты молодыми девчонками, парнями. А недавно шел ночью, возвращался, и вдруг мимо порхают два подростка, худенькие мальчик и девочка, и как прошли мимо, остановились, как вспорхнули, прижались друг к другу и давай целоваться... Трогательно, нежно, как две бабочки, как два нежных, тонких, прыщавых хоречка! Обернулся, застыл, смотрел, не мог оторваться. Весь вечер потом согревала эта парочка, картинка мимолетной любви, восторг, счастье, захотелось плакать, вспоминал ребят... И свою прошедшую молодость. Сын вот так, наверное, целуется на дорожках у себя в Германии. Война. Война идет пятый год. Война отняла у меня сына. А ты про свой интернет говоришь, дурак... Так бы сидели мы с ним, пили пиво, снимали кино. А нет его. Далеко он. И не вернется. Совсем я тут один. Идут морозы, идут. И страшно от них. Да и уютно тоже. Уютно от морозов в России, кутаешься теплее, рукавички нужно достать, шарф, который связала тебе поклонница... От морозов идущих теплее, теплее здесь нам, на Руси. Как в деревне на печке, большой русской печке, груде кирпича, мы тут, на России, как на печке, внутри которой стоит крынка с молоком, а наверху пенка хрустящая... Зима, ждем. Снега твоего и мороза серебристого, мелких блесток. Страшно. Но мы привыкнем. Дальше будет только хуже, только тяжелее. Но от этой мысли как будто становится еще теплее, еще уютнее. Странные эти русские. Безумные. Страшные. Зима, приходи! Не томи! Не боимся!