Наша зообаза представляла собой большой и основательный бревенчатый дом. Внутри длинный...
Наша зообаза представляла собой большой и основательный бревенчатый дом. Внутри длинный коридор с комнатами по бокам. Две комнаты занимал я, две арендовали охотники-студенты из ВНИИОЗ г. Кирова (Всероссийский НИИ охотничьего хозяйства и звероводства), а в двух оставшихся размещалась сама контора. Вместе со мной штат сотрудников зообазы составлял всего 5 человек, не считая 6 работников зоомагазинов. Так что Машку мне заведомо предстояло содержать самому. Это оказалось совсем не легким делом. Она была, как капризный ребенок. Стоило Машке проголодаться, она тут же поднимала режущий слух крик. А когда просыпалась среди ночи, то с визгом когтистыми лапами стягивала с постели одеяло, заставляя меня вставать. Я сонный шел к холодильнику и доставал приготовленную с вечера бутылочку с жидкой кашей. Машка тут же опрокидывалась на спину и, удерживая бутылку всеми четырьмя лапами, с сопением присасывалась к соске. Я знал, что потом она будет умиротворенно кувыркаться на ковре и это уже не помешает мне продолжить сон. Машку все полюбили и старались заглянуть к ней каждую свободную минуту. Так прошел месяц. Потом поступило сообщение из Москвы о прилете известной дрессировщицы Ольги Кудрявцевой из Московского цирка. Вскоре я встречал ее в аэропорту. Познакомившись с Машкой, она с удовлетворением сказала, что будут рады взять ее на дрессуру в цирк. Через неделю я уже вылетал в Москву, на Центральную зообазу, где с рук на руки передал сотрудникам ящик-клетку с медвежонком. Прошло больше года, когда я впервые увидел выступление Машки в Московском цирке Никулина, где она каталась по арене на велосипеде. Правда называли ее уже не Машкой…