Утром пью кофе, сидя в кресле, и вспоминаю моего дядю Айсена. Он любил сидеть с книжкой...
Утром пью кофе, сидя в кресле, и вспоминаю моего дядю Айсена. Он любил сидеть с книжкой на свежем воздухе, в шезлонге у нас в Дойду. Он учился в Москве, во ВГИКе. В то время там учились Шукшин и Михалков. Когда он вернулся в Якутск, его не взяли на работу. И всю жизнь он находился в тени своего отца, Народного писателя Суоруна Омолоона, который был неутомимым тружеником. С именем деда связано практически всё в якутской национальной культуре: литература, театр, опера, балет, музеи. Везде он был родоначальником, везде первым, везде занимал и занимает самое значимое место. А у его старшего сына Айсена был совсем другой образ: этакий стиляга, бунтарь, сибарит-гедонист… Мы, близкие родственники, я каюсь, тоже поддались этому общественному мнению и относились к нему, сравнивая с Суоруном, будто Айсен был менее значимым человеком. Сейчас я понимаю, что хейтеры моего деда очень сильно оттоптались на его старшем сыне Айсене… Много было предательств, клеветы, подстав, просто обворовывали его неоднократно… На самом деле Айсен Дмитриевич Сивцев-Дойду вёл огромную работу. Он был непревзойдённым фотографом и очень много работал вместе со своим отцом над созданием музеев под открытым небом. Работал бесплатно или почти бесплатно. Ну, отец же. Он писал прекраснейшие стихи на русском языке, но о Якутии, о Якутске. Его стихи написаны по-русски, но душа в них якутская. Он написал огромное количество пьес и киносценариев. Один из них - фильм «Снайпер Саха» - стал мировым хитом. Сценарий он написал по мотивам личного общения со знаменитым снайпером Кульбертиновым, другом нашего деда. И ещё один важный момент, о котором мало кто говорит: Айсен Дойду был центральной фигурой сразу в четырёх якутских творческих союзах — писателей, журналистов, художников и кинематографистов. В 1990-е и 2000-е годы культурная жизнь Якутии во многом была связана с ним. Он на всех собраниях выступал, помогал молодым художникам и писателям. Когда я был ребёнком и видел его в Дойду, сидящим с книжкой в шезлонге, мне по детской глупости казалось, что он ничего не делает и только кайфует по-жизни. Он всегда был весёлым, расслабленным. А сейчас мне самому скоро 50 лет, и я понимаю, что такое ТВОРЧЕСКИЙ ТРУД, сколько энергии он отнимает и каким БОГАТЫРЁМ был мой дядя Айсен, какое огромное творческое наследие он оставил!