Вот, что писал об этом сам Земмельвейс: — 16 июня 2026 г. в 07:27:08.633
Вот, что писал об этом сам Земмельвейс: «… И здесь передо мной неизбежно возник вопрос: а разве не может быть, что женщины…заболевали именно при попадании трупных веществ в сосуды? Ответ напрашивался сам собой: разумеется, да, ибо профессора, ассистенты и студенты немалое время проводили в морге за вскрытием трупов…Чтобы обезвредить руки полностью, я начал использовать для мытья хлорную воду. То же было вменено в обязанность каждому студенту перед обследованием родильницы. И если в мае 1847 г. умерло 12,24% наших родильниц, то в последующие 7 месяцев смертность упала примерно до 3,04%, а ещё позднее, в 1848 г., составила всего лишь 1,2%» Идеи Земмельвейса о сущности послеродовой инфекции были встречены акушерами даже с мировым именем крайне отрицательно, ведь открытие Земмельвейса фактически превращало их в невольных убийц, своими руками – в буквальном смысле – заносящих инфекцию. Именно это обстоятельство стало главным поводом для столь яростного и безоговорочного неприятия идеи. Директор клиники доктор Клейн категорически запретил Земмельвейсу публиковать статистику уменьшения смертности после введения гигиены рук, пригрозив расценить подобный шаг как донос. Более того, Клейн использовал свой авторитет, чтобы правительство не создало комиссию для проверки и апробации методики Земмельвейса. По сути, именно из-за своего открытия Земмельвейс лишился места (контракт просто не продлили), несмотря на то, что всего за полгода он спас от смерти тысячи рожениц (будущие матери употребляли все хитрости, чтобы попасть именно в его отделение). Дополнительно осложняло ситуацию то, что в глазах мировой профессуры он казался слишком юным и неопытным, чтобы наставлять коллег или что-либо требовать. К тому же его выводы шли вразрез с доминирующими на тот момент медицинскими догмами. Общепринятой тогда была атмосферно-космическая теория – считалось, что несчастные заражаются от неких воздушных «миазмов». Сперва врач старался доносить информацию максимально тактично, направляя частные письма таким авторитетам, как Вирхов и Симпсон. Однако по сравнению с ними он оставался скромным специалистом без солидного практического багажа. Послания не вызвали отклика в международном врачебном сообществе, и всё осталось по-прежнему: медики всё так же пренебрегали обеззараживанием рук, пациентки гибли, а подобное положение дел воспринималось как неизбежная норма. Земмельвейс вкладывал все силы и собственные средства в попытки убедить коллег в своей правоте – помимо открытых и личных писем, он делал доклады, проводил семинары, издал в 1861 г. монографию о профилактике родильной горячки.