Сорок лет прошло с той страшной ночи, когда на Чернобыльской атомной электростанции про... — 29 апреля 2026 г. в 07:29:05.734
Сорок лет прошло с той страшной ночи, когда на Чернобыльской атомной электростанции произошли взрывы. За это время наш календарь, к сожалению, пополнился и другими скорбными датами. Но авария на ЧАЭС занимала и будет занимать особое место в истории Советского Союза. Вскоре после трагедии поэт Илья Фоняков точно сказал: «...отныне твое и мое / Время и так еще будет делиться: / До этой даты и после нее». В Центре общения старшего поколения Социального фонда России накануне памятного дня сотрудники Центральной библиотеки им. В.И.Куликова провели литературную гостиную, названием для которой стали строки известной поэтессы Юлии Друниной: «Этой темы касаться — словно раны кровавой, но молчать не положено мне...» Здесь звучали стихотворения очевидцев тех событий, жителей Припяти и ликвидаторов, и тех, до кого не долетело радиоактивное облако, но чьи сердца откликнулись на боль соотечественников: «Тут никакой не пригладит редактор, / Не отвернешься: «Не вижу!» – когда / Вышел из повиновенья реактор, / Огненный лик приоткрыла беда» (И. Фоняков). Вспоминали о подвиге пожарных, ценой собственной жизни остановивших распространие огня и не допустивших большей катастрофы: «Как удивителен мужской характер, / Когда он достигает высоты, / Когда разверзся атомный реактор /И справиться с несчастием должен ты...», «...Мы в памяти панфиловцев проносим, / Но снова, хоть для всех войне отбой, / Их, самых первых, тоже двадцать восемь, / Тех, без раздумья кинувшихся в бой. / И если бы глухой ночной порою / Те парни долг не выполнили свой, / Все было бы непоправимей втрое, / И ты, быть может, был бы неживой. / Их смерть была ступенями победы – / Там, на вершине, светятся они. / И тысячи других рванули следом, / Чтобы вернуть земле живые дни» (Л. Ошанин, «Чернобыльская баллада»). Говорили и о том, что авария на ЧАЭС, как любая трагедия, высветила не только высоту человеческих душ, но и низость, глубину подлости: «...До предела насыщен нуклидами, / Воздух лез сквозь оконные рамы… / Мы не раз ещё вспомним с обидами, / Как гуляли с колясками мамы. / Как к базару спешили старушки, / Дети в школу с портфелями шли, / На углу продавали ватрушки… / Мы и думать тогда не могли, / Что пошло руководство станции / На тягчайшее преступление, / Умолчав про поток радиации… / Мы купались в её излучении…» (Л. Захарова, «Эксперимент»), «Этой темы касаться – словно раны кровавой. / Но покоя, смолчав, не найду. / Я о тех, что умчались машинною лавой, / Землякам не сказав про беду. / Я о чёрных, бесшумных, лихих лимузинах, / Что рвались, как безумные, в тыл. / Да, о тех, кто детей беззащитных покинул, / А себя вечным срамом покрыл. / Да, о тех, кто покрыл себя вечным позором, / Их услышать хочу имена. / И ещё я о нечисти – о мародёрах, / Тех, кого проклинает страна...» (Ю. Друнина, «Полынь» (Триптих)). Четыре десятка лет миновало с тех пор. Сейчас реже, чем двадцать-тридцать лет назад в медийном пространстве говорят о катастрофе. Но память о ней свежа. И одно из подтверждений тому — строки Василия Федосеева, поэта, писателя, участника ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС: «Мне Чернобыль не снится, / Мне снится деревня моя, / Отчий дом деревянный, / Колодец и старые вётлы... / Мне Чернобыль не снится, / Мне снятся родня и друзья, / Всё, как в детстве, лечу / И никак не вернусь из полёта. / Мне Чернобыль не снится, / Но – друзья и пожатия рук, / И улыбка любимой, / И внук крутолобый, / Мне Чернобыль не снится, / Но во сне всё чаще хирург / Режет грудь мне, где сердце, / Где боль, где тот самый / Чернобыль...» Оказалось, что и у некоторых участников литературной встречи тоже есть свой, личный опыт соприкосновения с той огромной бедой. Важно добавить, что наши поэтические и музыкальные гостиные в Центре общения старшего поколения Социального фонда России подчас затрагивают глубокие, сложные темы, и они неизменно находят живое восприятие как у посетительниц Центра, так и у сотрудников Фонда, библиотекари Центральной библиотеки имени В.И. Куликова очень это ценят.