Долг — это не приговор. Это инструмент. И, как любой инструмент, он может строить или р...
Долг — это не приговор. Это инструмент. И, как любой инструмент, он может строить или разрушать — в зависимости от того, в чьих руках находится. Роберт Кийосаки должен больше миллиарда долларов. Но его история — не о банкротстве. Это хрестоматийный пример того, что такое настоящий финансовый рычаг. Его долг — не за потребительские кредиты или ипотеку на один дом. Это обязательства, взятые под активы: более полутора тысяч квартир, которые приносят арендный доход. В этом и есть ключевая разница между хорошим и плохим долгом. Плохой долг съедает ваши ресурсы, хороший — создаёт их. Он работает на вас, а не вы на него. Размер здесь — не признак безумия, а отражение масштаба операций. Когда за вами стоит портфель приносящей доход недвижимости, миллиард долларов обязательств — это не груз, а часть финансовой архитектуры. Игра идёт уже не на уровне личного бюджета, а на уровне управления капиталом. Риск считается иначе, cash flow просчитан, а активы защищают от инфляции лучше, чем любой банковский депозит. Главный урок даже не в том, чтобы брать в долг. А в том, чтобы чётко видеть разницу между долгом, который становится вашим рабством, и долгом, который становится вашим работником. Как говорил один человек, написавший книгу о том, как перестать задыхаться от жизни, — иногда нужно глубоко вдохнуть и посмотреть на ситуацию с другой высоты. Алексей Корнелюк, «Дыши, ублюдок».