Батареи жарят так, что к подоконнику нельзя прикоснуться. Но мне всё равно холодно.
Батареи жарят так, что к подоконнику нельзя прикоснуться. Но мне всё равно холодно. Я сижу на кухне в толстовке и шерстяных носках, закутавшись в старый плед, а по спине всё равно бегут мурашки. Дело не в сквозняках и не в старых окнах. Просто есть особый вид холода — тот, который приносят с собой пустые комнаты. В одиночестве пространство работает как рефрижератор. Стены вытягивают тепло. Высокий потолок кажется ледяным куполом. Я включаю во всех комнатах свет, чтобы разогнать тени, но это не помогает. Темнота здесь живет не по углам, она сидит прямо напротив меня за столом. У неё нет лица, но я чувствую её взгляд затылком. Она занимает второй стул, на котором никогда никто не сидит. Самое невыносимое — это звуки бытовой жизни, которые некому разделить. Звякнула ложка о чашку — слишком громко для одного. Щелкнул выключатель — эхом разнеслось по коридору. Закипел чайник, отключился со свистком, который предназначен предупреждать кого-то: «Горячо! Осторожно!» А предупреждать некого. Я завариваю кофе, сажусь обратно за стол, делаю глоток... и понимаю, что забыл положить сахар. Обычно в такие моменты жена или подруга толкает тебя в плечо локтем и смеется над твоей рассеянностью. Сейчас плеча нет. Есть только рукав толстовки, холодный и равнодушный. Говорят, дома и стены помогают. Врут. Мои стены — идеальные свидетели моего отсутствия в собственной жизни. Они видели, как из этой квартиры ушла радость, потом — смех, потом — споры, а под конец даже тихие разговоры перед сном. Остались только квадратные метры, ипотека и гул холодильника, который стал моим единственным собеседником. Он хотя бы дышит. Я пробовал обманывать этот холод. Покупал вторую зубную щетку и ставил в стакан — просто чтобы визуально разбавить симметрию раковины. Заказывал пиццу на двоих и половину выбрасывал, потому что физически не могу съесть столько один. Засыпал под телевизор, бормочущий старые фильмы, лишь бы не слышать, как стучит собственное сердце в звенящей тишине. Пытался спать на одной половине кровати, строго по центру, создавая мертвую зону рядом. Но от самого себя не согреешься. И сколько бы гигакалорий ни выдавали чугунные радиаторы, они не смогут растопить ту льдышку, которая намертво встала где-то между солнечным сплетением и горлом. Физический озноб пройдет, если укрыться вторым одеялом. А вот этот внутренний мороз — он постоянный. Это минусовая температура души, при которой невозможно заснуть до утра. Пустая квартира выстужает душу быстрее, чем улицу продувает январский ветер. #пустаяквартира #холодвнутри #одиночествобытовое #тишинастенами #мерзнуодин #морознадуше