Глеб вернулся в СНТ «Рассвет» спустя полгода после больницы. Деревянный дом из крепкой ...
Глеб вернулся в СНТ «Рассвет» спустя полгода после больницы. Деревянный дом из крепкой карельской сосны, возведенный еще его дедом, должен был встретить его уютом и запахом хвои. Но вместо двухэтажного терема Глеб увидел лишь голый бетон фундамента, густо заросший крапивой. — Петров! — рявкнул Глеб, врываясь в кабинет председателя. Тот, бледный, как мел, выложил правду. Ошибка в документах: бригада Марата должна была сносить гнилушку на 40-м участке, но, оценив мастерство плотников деда Глеба, Марат решил, что такой сруб грех пускать под бульдозер. Он просто разобрал его, промаркировал каждый венец и продал бизнесмену Игнатьеву под видом «элитного антиквариата из Костромы». Глеб, сосед дядя Ваня и трясущийся от страха Петров выдвинулись на 12-ю линию. Там, на участке Игнатьева, красовался почти готовый банный комплекс. Глеб узнал фирменную резьбу на наличниках — сердце сжалось от ярости. Игнатьев вышел из дома, поправляя шелковый халат. Он был в ярости от того, что его, «хозяина жизни», нагло развели. Услышав про уголовное дело, мошенничество с недвижимостью и грядущие визиты прокуратуры, бизнесмен мгновенно сменил гнев на расчетливое спокойствие. Он вызвал Марата, который уже планировал побег в соседнюю область. — Слушай сюда, — ледяным тоном произнес Игнатьев, глядя на побледневшего прораба. — Или ты строишь парню новый дом, в полтора раза больше этого, из лучшего бруса, или ты до конца своих дней будешь строить только сараи в колонии общего режима. Деньги на стройку — из твоих карманов. Плюс компенсация Глебу. Марат кивал, едва сдерживая слезы. Делать было нечего. Спустя два месяца на месте старого фундамента вырос красавец-коттедж. Просторные комнаты, панорамные окна, современные коммуникации. Марат, работавший как проклятый, в итоге установил на фасад те самые бережно сохраненные резные наличники, которые Глеб считал безвозвратно утерянными. Вечером в субботу к дому подъехал черный внедорожник. Игнатьев вышел, держа в руках бутылку коллекционного коньяка. — Ну, сосед, — улыбнулся бизнесмен, оглядывая добротный сруб. — С новосельем. Глеб, еще недавно готовый идти напролом, открыл дверь. Старая обида растворилась в комфорте нового дома. Жизнь в СНТ началась с чистого листа, и, как оказалось, иногда для того, чтобы построить что-то лучшее, нужно сначала позволить судьбе совершить невероятную ошибку.