Перевод корейской версии аудиогида Намджуна — Секция Passion (Страсть):
Перевод корейской версии аудиогида Намджуна — Секция Passion (Страсть): — Страсть и боль — друзья. Близкие друзья. Хотя временами они друг друга ненавидят. Честно говоря, я думаю, что перевести эту часть как «боль» не будет большой ошибкой. Я думаю, что все эти художники прошли через долгие годы выносливости. Что бы кто ни говорил, они продолжали двигать свои собственные миры вперёд до самого конца. И в конце концов построили свои собственные королевства. А десятилетия спустя эти миры добрались и до меня. Это люди, которым удалось создать настолько сильный язык, что теперь мне хочется воздвигнуть для них эти маленькие храмы и показать их людям. Пак Рехён. Я видел её ретроспективную выставку в Национальном музее современного искусства в Токсугуне, и это было действительно… Я до сих пор считаю её, пожалуй, одной из трёх лучших выставок, что я видел в этом музее. Подзаголовок гласил: «Тройной интерпретатор». Пак Рехён: Тройной интерпретатор. Почему тройной? Она была матерью, женой и в то же время художницей. Будучи женой, она взяла на себя роль переводчика для своего мужа, Ким Кичана, который был глухим, и справлялась со всем, что с этим связано. Дома, как мать, она вела домашнее хозяйство, воспитывала четверых детей и заботилась обо всём. А затем, в те редкие минуты, что у неё оставались, она яростно боролась за то, чтобы завершить свой собственный художественный мир. Лично я считаю, что картины Пак Рехён намного изысканнее и куда притягательнее, чем работы Ким Кичана. Мне правда кажется, что она была почти сверхчеловеком. Когда я смотрю на её жизнь, мне становится немного стыдно за себя. Я черпаю много сил от таких людей. Очень много. Но это происходит волнообразно. В зависимости от того, где я нахожусь в этот момент, сколько у меня уверенности или гордости за собственную жизнь, я либо черпаю от них силы, либо чувствую, что меня будто хлещут кнутом по спине. Обычно одно из двух. Но да, я действительно получаю от них огромную силу. Они заставляют меня думать: «Мне еще предстоит пройти такой долгий путь. Мне тоже нужно работать усерднее». Они также повышают мой болевой порог. Если говорить совсем просто: мои страдания — это ведь на самом деле пустяк. Вроде как: «Ты вообще по-настоящему страдал? Ты хоть знаешь, что такое боль?» Конечно, есть поговорка, что заноза под собственным ногтем болит сильнее, чем чужая оторванная рука. Но даже при этом, если бы боль можно было хоть как-то измерить, то, честно говоря, моя — наверное, не такая уж и большая. И я думаю, это придает мне сил. cr sarabangtan07, Byte03 @Crazy_Koreans