Они дали ей два часа. Не зная, что в том лесу живёт человек, которого похоронили двадца...
Они дали ей два часа. Не зная, что в том лесу живёт человек, которого похоронили двадцать лет назад... Оксана слишком поздно поняла, что дорожный пост был поддельным. Один из мужчин уже вытащил ключи из замка зажигания, второй забрал телефон, а из темноты появился тот самый человек, которого она видела возле заправки рядом с чёрным внедорожником и сумкой, набитой деньгами. — У тебя два часа, — произнёс он почти равнодушно. — Потом мы пойдём за тобой. Её оставили на пустынной заснеженной трассе без связи и без возможности уехать. В тонкой одежде, босиком, при двадцатидвухградусном морозе Оксана бросилась в лес. Она падала, разбивая ноги о наст, поднималась и снова бежала, пока за её спиной не появились три луча фонарей, медленно приближавшиеся всё ближе. Преследователи не спешили. Они знали, что снег сохранит каждый её след, а холод очень скоро сделает всё остальное. Когда силы были уже на исходе, между деревьями мелькнул тусклый жёлтый огонёк. Оксана рванулась к нему и вскоре увидела высокий бревенчатый забор. Она принялась отчаянно стучать окоченевшими кулаками в ворота, из последних сил стараясь не закричать. За забором послышались тяжёлые шаги. Один за другим отодвинулись три массивных засова. На пороге появился седой мужчина с неподвижными серыми глазами. Он не стал расспрашивать Оксану и почти не взглянул на её окровавленные ступни. Несколько секунд незнакомец вслушивался в темноту за её спиной, словно безошибочно определяя расстояние до приближающихся людей. — Заходи, — тихо приказал он. Дверь закрылась. Мужчина погасил лампу, поднял половицу и достал спрятанный под ней металлический ящик. В это время три вооружённые фигуры уже направлялись прямо к его дому, уверенные, что загнанной женщине больше некуда бежать. Они дали ей два часа, не зная, что в этом лесу жил человек, которого похоронили двадцать лет назад…