«Наконец-то эта без роду и племени съехала и у моего сына начнется нормальная жизнь!» —...
«Наконец-то эта без роду и племени съехала и у моего сына начнется нормальная жизнь!» — ликовала свекровь с подругами… — Наконец эта беднячка убралась! — Валентина Егоровна подняла бокал и с довольным видом обвела взглядом двор. — Девочки, теперь мой сын хоть заживёт как человек. Без её коробок, тряпок и вечного выражения лица, будто она здесь одна хозяйка. Вечером 29 июня Марина стояла у калитки с чемоданом. За спиной смеялись женщины, ещё утром приветствовавшие её почти дружелюбно. Кирилл у крыльца делал вид, что не слышит матери. — Мам, потише, — лениво бросил он. — Она ведь ещё здесь. — Вот именно, — отрезала свекровь. — Пусть запомнит, как провожают тех, кто жил за чужой счёт. Четыре года изображала хозяйку. Достаточно. Марина молчала. В одной руке чемодан, в другой — сумка с ноутбуком и документами. Так крепко, будто там лежали последние остатки самообладания. Днём Валентина Егоровна без стука вошла в комнату и приказала собирать вещи. Кирилл стоял за спиной и не переступил порог. «Дом принадлежит мне. Мама поживёт здесь, а ты пока вернёшься к себе», — сказал он. Марина когда-то привезла сюда почти всё из своей квартиры: стол, кресло, швейную машину, стеллажи. Тогда Кирилл говорил: «Мы ведь теперь одна семья». Теперь свекровь заявила, что мебель останется, и назвала вещи «находящимися в доме сына». Марина забрала только паспорт, чеки, накопитель и рабочие бумаги. Когда Кирилл попросил оставить папку, она ответила: «Нет». Это был единственный твёрдый отказ за весь день. К вечеру свекровь устроила во дворе застолье, чтобы отъезд невестки выглядел как праздник. «За свободу моего сына!» — провозгласила она. Лариса поддержала, а Зоя тихо попросила остановиться, но Валентина Егоровна была непреклонна. Кирилл опять молчал. Он умел отстраняться именно тогда, когда его вмешательство было нужнее всего. Марина вышла из дома, оставив позади четыре года попыток стать своей. Она не обернулась. Но в её сумке лежали не только документы — там были эскизы, контракты и кое-что, о чём Кирилл с матерью даже не догадывались. И когда калитка захлопнулась, Марина улыбнулась — впервые за этот долгий день. Показать полностью..