Переезд в Голливуд, работа в кинокомпании — возможно, это была её попытка начать с чист...
Переезд в Голливуд, работа в кинокомпании — возможно, это была её попытка начать с чистого листа. И в 1924 году принимает предложение Мартина Мортенсена , служащего южно-калифорнийской газовой компании. Но и этот брачный союз был не долгим. Короткий роман с начальником, Чарльзом Гиффордом, и в 1926 году рождается Норма Джин — будущая Мэрилин. Многие годы биографы полагали , что отцом Мерлин был именно Чарльз Гиффорд, но это оказалось не так. Она остаётся одна с ребёнком на руках и с наследственной (как мы позже поймём) психической болезнью, которая начинает прогрессировать. Разрыв, который не зажил никогда Вот самый болезненный момент. Глэдис не была монстром, бросившим ребёнка. Она была больной женщиной, которая понимала, что не может заботиться о дочери. Отдавая Норма Джин приёмным родителям, уже в два месяца, она, возможно, думала, что так будет лучше. Но редкие встречи, возвращение к дочери на пару месяцев и последующий окончательный срыв — это ад для обоих. Для девочки это стало травмой брошенности. Для матери — осознанием собственной несостоятельности, усугубившим её параноидальную шизофрению. Спустя годы: тихая попытка искупления Когда Норма Джин стала Мэрилин Монро, она сделала для матери то, чего та никогда не могла сделать для неё: “позаботилась”. Она перевела Глэдис из убогой государственной лечебницы в частную клинику, оплачивала лечение, присылала деньги. Это не было публичным жестом. Это была молчаливая дочерья обязанность и, возможно, глубокая попытка понять: «Она не виновата. Она была больна». Линия понимания, которую они так и не смогли произнести Между ними пролегла пропасть из битого стекла: детские дома Глэдис и детские дома Мэрилин, палаты психиатрической больницы и номера в роскошных отелях, забвение и всемирная слава. Но в этой пропасти был невидимый мост из одной и той же боли. Обе знали, что такое одиночество в толпе. Обе искали любви и стабильности в мужчинах и не находили. Обе были жертвами обстоятельств, с которыми их психика не смогла справиться. Обе не знали союза матери и дочери. Глэдис пережила дочь на 22 года. Можно только гадать, что чувствовала эта старая, больная женщина, узнав о смерти своей знаменитой дочери. Вину? Бесконечную грусть? Или болезнь уже стёрла все грани реальности? Они так и не стали матерью и дочерью в обычном, тёплом смысле. Их связь была трагическим переплетением двух судеб, где одна дала жизнь, а другая — попыталась дать спокойную смерть. История Глэдис — это напоминание, что за каждым «несчастным детством» стоит конкретная, сломленная жизнь личности которая, возможно, отчаянно хотела быть лучшей версией себя, но у которой просто не было на это ни сил, ни здоровья, ни примера. 82-летняя Глэдис скончалась во Флориде, 11 марта 1984 года от остановки сердца. Где находится её могила , неизвестно.