17 сентября.
17 сентября. Весь день лил дождь. Такой, что даже мыши из нор не высовывались. Данила затопил печку. Яга завела тесто на пироги. Сидим у печи, греемся. И тут Баюн приуныл. Вижу – жмётся. Природа, видать, позвала. А на улицу идти мокнуть - не хочется. В сапоги ходить - запрещено (после известных событий). Но к обеду природа взяла своё: Кот сорвался с места и умчался в лес, только пятки розовые сверкали. Час нет. Другой нет. Яга начала беспокоиться. Да что там — даже мы с мышами бросили кости и прилипли к окну. Данила и говорит: «Может, он на меня обиделся, что сапоги для него пожалел? Пойду поищу». Яга ему из закромов рогожку вощёную достала, чтобы не промок сильно. Заботливая, однако. Но только мужик в сапоги ноги вдел — за дверью замяукало. Мы переглянулись. У Кота хоть и лапки, а с дверью он справляется лучше иного богатыря. Чего это он? Решили, пусть Данила открывает. Он и открыл. А там — Леший. С корзинкой рыжиков. Увидел Данилу, стушевался, глаза в пол. Но его в спину Кикимора подтолкнула: «Давай, будь мужиком, нечисть лесная!» В общем, извинился Леший за своё поведение неспортивное. Шишку набитую почесал — она, кстати, уже размером поменьше стала, с грецкий орех. И корзину рыжиков вручил: «Последние в этом году. Для вас берёг». Ну а мы что? Мы подаркам всегда рады. В избу впустили, грибы на начинку пустили, пироги забабахали. Лешего пока вычеркнули из чёрного списка. Но ему не сказали, конечно. Пусть не расслабляется.