Британский разведчик - основатель сионизма -2
Британский разведчик - основатель сионизма -2 Оттуда в Нанкин, где их приняли к себе восставшие тайпины, но Элгин предпочёл договариваться с действующей властью. С учётом столь близкого контакта с тайпинами, возможно те были просто использованы как инструмент давления для заключения Тяньцзиньских трактатов. Уже, будучи зарекомендовавшим себя разведчиком, Олифанта отправляют в Италию на встречу с Гарибальди, где он контролирует переход Ниццы под французскую юрисдикцию. Оттуда снова в Китай, где из-за невыполнения Тяньцзиньских трактатов тайпины снова восстали, и по ходу путешествия он становится секретарём посольства в Японию. Через несколько лет в Лондоне под его попечительством будут обучаться несколько самураев, оказавшихся в английской столице, несмотря на запрет сёгуната выезжать из страны. Весной 1862 г. он встречается с принцем Уэльским в Вене и вместе они едут составлять отчёт о ходе объединения разрозненных государств в единую Италию. Через год в качестве корреспондента Таймс Олифант освещает события Польского восстания, к тому моменту с госслужбы он якобы ушёл. В 1866 г. он курирует в Парламенте обострившийся вопрос деятельности ирландских революционеров из тайной организации «Ирландское республиканское братство». В тот год, опасаясь высадки т.н. «фениев» из Америки, правительство окружило Ирландию сторожевой флотилией, а многие англичане покину Ирландию. Дальше происходит переломная точка в его биографии, потому что к разведывательной деятельности добавляется линия духовно-эзотерическая, что объяснимо с учётом уже имевшегося в его жизни опыта предсказания смерти своего отца. В 1867 г. Лоренс Олифант, сдав парламентские полномочия, присоединяется к «Братству новой жизни» Томаса Лейка Харриса и его общине в штате Нью-Йорк. Есть все основания предположить, что сие лишь продолжение его разведывательной активности на более глубоком уровне залегания, так как, во-первых, его щедро спонсировали «поклонники учения Харриса» из Великобритании. Во-вторых, его первым послушанием в общине стало найти работу, и в результате он снова оказался корреспондентом «Таймс» на франко-прусском фронте. Там его уличили в шпионаже, и он перебежал к осаждающим Париж немцам.