Стоял у калитки дома, где прошло моё детство. Двадцать лет я туда не приезжал
Стоял у калитки дома, где прошло моё детство. Двадцать лет я туда не приезжал И оказалось — зайти внутрь я уже не могу Каждое лето, сколько себя помню в детстве — эта деревня. К бабушке и дедушке, маминым родителям. Потом они умерли, и приезжать стало некуда В этот раз поехали втроём на кладбище — я, жена, мама Дом стоит. Забор покосился, краска облупилась, окна пусты. Двор, где я бегал ребёнком, зарос так, что тропинки не видно. А дверь — просто заперта. Не мной. Кем-то, кого я даже не знаю Вот что странно. Я стоял в двух метрах от того самого крыльца, где меня встречали каждое лето. Так близко, что можно рукой дотронуться. И так далеко, что зайти нельзя Тепло было именно тут. Именно за этой дверью. А теперь дверь просто есть, и всё Рядом стояла мама. Для неё это не просто моё детство — это её родительский дом, её собственное детство тоже. Мы не говорили об этом много. Что тут скажешь Я всегда думал, что «вернуться» — это когда приехал, и всё как было. Оказалось — можно приехать. И понять, что возвращаться уже некуда. Дом на месте. А войти нельзя У вас есть такое место? Куда раньше ездили каждый год, а теперь либо не можете, либо не узнать?