— Эти ублюдки не отвечают на звонки! — рычал свекор. — Две недели до конца аренды! Если... — 13 февраля 2026 г. в 10:39:05.384
— Эти ублюдки не отвечают на звонки! — рычал свекор. — Две недели до конца аренды! Если они не продлят, банк заморозит счета. Мы потеряем дилерство! — Петенька, успокойся, — ворковала свекровь, поправляя жемчуг. — Ну кто в здравом уме откажется от наших денег? Они просто набивают цену. Заплатят юристы, дадим взятку, все решится. Увидев нас, они натянули дежурные улыбки. — О, молодежь пришла, — бросила Регина, листая журнал на диване. — Настя, ты опять в этом сером свитере? У тебя что, траур круглый год? Ах да, дедушка... Кстати, ты уже продала его избушку? Мы с девочками хотим устроить вечеринку в стиле «рашн вилладж», нам бы пригодились старые самовары, если они там есть. — Самовары есть, — спокойно ответила я, садясь за стол. — Но они не продаются. — Все продается, милочка, — усмехнулась Алина. — Вопрос только в цене. Хотя, откуда тебе знать про цены. Ты же привыкла к бесплатному сыру. Ужин начался. Разговор, как всегда, крутился вокруг денег, покупок и «тупости» окружающих. Меня словно не существовало. Я была просто декорацией, подтверждающей их статус. — Артем, — вдруг обратился отец к сыну. — Ты говорил с Настей насчет машины? — Да, пап. Она уперлась. Не хочет сдавать в утиль. — Глупо, — отрезал Петр Сергеевич. — Настя, послушай опытного человека. Содержать старый хлам дороже, чем ездить на такси. Твой дед был, видимо, скрягой и недалеким человеком, раз держался за это железо. Гены — вещь упрямая, но ты постарайся их преодолеть. Мы не хотим, чтобы наш двор выглядел как свалка. Я аккуратно положила вилку. Звук получился громким. — Мой дед, Петр Сергеевич, был не скрягой. Он был инвестором. За столом повисла тишина. Потом Алина прыснула: — Инвестором? В навоз и картошку? Все засмеялись. Артем тоже улыбнулся, глядя на меня с укоризной: «Ну зачем ты начинаешь?». — Инвестором в землю, — продолжила я твердым голосом, глядя прямо в глаза свекру. — В частности, в землю на улице Ленина, 45. Смех оборвался. Петр Сергеевич замер с бокалом у рта. Его лицо начало медленно наливаться кровью. — Что ты сказала? Откуда ты знаешь этот адрес? — Я была у нотариуса вчера. Оформляла наследство того самого «недалекого скряги». Я достала из сумочки копию выписки из Росреестра и аккуратно положила ее на стол, прямо поверх блюда с карпаччо. — Согласно завещанию Матвея Ильича, единственным собственником земельного участка, на котором расположен ваш автосалон «Элит-Авто», являюсь я. Анастасия Павловна Воронова. Свекровь схватила бумагу. Ее руки тряслись так, что лист шуршал. — Это... это бред! Петя, скажи ей! Петр Сергеевич выхватил документ. Он читал, и с каждой секундой он становился все меньше. Его плечи опустились, спесь исчезла. Он узнал печать, узнал фамилию нотариуса. — ООО «Вектор»... учредитель... Матвей Ильич... — прошептал он. — Так это он? Тот старик, который приходил пять лет назад и которого я выгнал с охраны? — Да, — кивнула я. — Он хотел просто поговорить. Предложить партнерство. Вы назвали его бродягой. — Настя... — голос Артема дрогнул. Он смотрел на меня так, будто впервые увидел. В его глазах загорелся жадный огонек. — Настя, так мы... мы богаты? Это же... это же все меняет! Я повернулась к мужу. — Нет, Артем. Это ничего не меняет. Ты вчера смеялся над моим наследством. Ты советовал отдать его государству. — Я шутил! Я просто не знал! Малыш, ну ты же понимаешь, нервы, давление отца... Мы же семья! — Семья? — я обвела их взглядом. — Семья — это те, кто был рядом на похоронах. Семья — это те, кто не называет родных голодранцами. Вы не семья. Вы — террариум. — Настенька, — вдруг елейным голосом запела Регина. — Ну что ты сердишься? Мы же любя. Мы просто хотели тебя замотивировать! Слушай, давай завтра поедем в СПА? Вдвоем! Я все оплачу... ой, то есть, ты теперь сама можешь... — Замолчите все! — рявкнул Петр Сергеевич. Он понимал серьезность ситуации лучше всех. — Настя. Анастасия Павловна. Давай поговорим как деловые люди. Сколько ты хочешь? Я заплачу любую аренду. Только не закрывай салон.