Он пришёл. Мстислав. С целой ратью.
Он пришёл. Мстислав. С целой ратью. А ведь день так хорошо начинался. С утра Санко (https://vk.ru/id1029851985) разрешил мне выйти на крыльцо. Вернее, вывести себя - я на него опирался, как старый дед на клюку. Снег под ногами скрипит, мороз нос щиплет, солнце светит, небо чистое. Стою, держусь за косяк, а сам оглядываюсь, что тут без меня успели натворить. Заборы подлатаны, ворота укреплены, сугробы по дворам разгребли, к колодцу и сараям тропки утоптали. По углам хутора - борьсеки в дозоре. Но Санко не дал мне долго любоваться: мол, довольно, простынешь еще. И обратно меня затащил, на лавку уложил, шкурой накрыл и отраву свою под нос сунул. Ну, я поворчал для приличия, но сил спорить всё равно не было. Я уж почти задремал, как вдруг слышу снаружи - конское ржание, топот копыт, шум. Сердце у меня сразу ухнуло: ну, всё, наши пришли! Ярко (https://vk.ru/id894209847) с Богумиром и хуторянами. Хотел рвануть во двор, да Санко тут же навис: лежи, мол. Я ему: "Это ж свои!" А он только зубами скрипит: "Свои сами дойдут, не убегут". Но голоса во дворе были вовсе не радостные - крики, ругань, истошный лай Бурана. Я не утерпел, подполз к окну. А там вижу: вокруг хутора - конные. Рать в железе, щиты, копья, кружком по околице. У ворот - Властояр с борьсеками. Ворота заперты, внутрь гостей не пускают. А перед воротами сидит в седле бородатый мужик в богатом одеянии. Шапка меховая до самых глаз. Я сразу и не признал, а потом пригляделся - лицо-то знакомое. И только он повернул голову на свет - Мстислав! Самолично... Тут меня прям что-то ударило. Натянул я сапоги, шубу на плечи - и к двери. Санко наперерез: "Ты шо творишь?!" Да я его и не слыхал почти. Раз - и на крыльце уже. Стою, от солнца жмурюсь. Оттуда всё видно и слышно лучше. Слышу как Властояр молвит: - Говорю тебе, кнеж, нет здесь Ярко. Ни его, ни семьи его. Ступай с миром. А Мстислав в седле как на троне. И требует выдать "предателя", обещает пощадить остальных. Голос липкий, как мёд с дымом. Меня он поначалу не приметил. Но вдруг его взгляд скользнул по двору, зацепился за крыльцо, вернулся. И вперился в меня. Узнал он меня. В улыбке расплылся. Но не доброй. Как охотник, когда видит в чаще след зверя. Крикнул: "А вось каго я не чаяв тут побачыць. Самазванца с кнежьим пярсценком". И про Ярко будто забыл. Начал требовать уж меня. Мол, выдать ему кнежича, что присвоил себе святыню борусков, "на праведный суд". А не знает же, что перстня у меня уж давно нет... Я стою, вцепился в дверной косяк, и чувствую, как на пальце холодеет - там, где перстень всегда носил. Но и тут Властояр не дрогнул. Не обернулся, не глянул на меня даже. Только голосом ответил: "Не будет этого. Не видать тебе княжича. Не по праву просишь". Спокойно сказал. Мстислав посмотрел злобно - на него, на меня. Потом рванул поводья, конь под ним взвился. А он бросил: "Што дабром не аддаюць, то силай вазьму. Я - кнеж барускав, господар гэтой земли. Памятай, ваявода". Развернулся и поскакал к своим. Рать отступила от хутора в лес. Вот тогда Властояр и повернулся ко мне. Подошёл, посмотрел снизу вверх так, что я чуть не провалился через пол. Рявкнул: "Кто тебя просил сюда лезть? Мало тебе волчьих зубов?" Я только промямлил: мол, надо было узнать, что происходит. Он только вздохнул, повернулся к Санко и велел увести меня в избу. Дальше день стал тянуться, как смола. Властояр сразу расставил всех по двору. Ратше велел слетать вслед Мстиславу - узнать, куда он со своими людьми направился. Тот вскоре вернулся. Сказал, что лагерь Мстислава - недалече, в лесу, на поляне. А воинов у него с три десятка. Сейчас уж темно. Тихо. Слышно, как под сапогами дозорных снег скрипит, да Буран иногда гавкнет у околицы. Ох, чую, беспокойной будет ночка. Где же Ярко с Богумиром и хуторянами?