Я и не думал, что этот день выйдет каким-то особенным. Обычное зимнее утро. В трапезной...
Я и не думал, что этот день выйдет каким-то особенным. Обычное зимнее утро. В трапезной - каша, хлеб, горячий отвар. Я уже доедал, когда Санко (https://vk.ru/id1029851985) вдруг уставился в окно и даже ложку опустил. "Гля", говорит, "Айдан куда-то собирается". Я тоже посмотрел. Айдан во дворе возился с охотничьей сумой, укладывал в нее верёвку и покрывало. И братца моего как ветром сдуло. Даже кашу не доел. Ну, и я за ним. Ловчий наш сначала отмахнулся, мол, дела. Но Санко не из тех, кто отступает. В общем, Айдан рассказал, что по ночам в горах кто-то воет. Но не волки. Звук какой-то необычный. От него зверье в питомнике мечется, волнуется. Вот он и решил найти того, кто им мешает спать. Санко тут же сказал, что пойдёт с ним. Ну, и я тоже. Айдан только вздохнул и велел одеваться теплее. И сказал, что ждать не будет. Мол, сразу после завтрака пойдет. Ну, так мы доедать кашу не стали, побежали в келью за плащами, шапками, сапогами меховыми. В лесу было морозно и тихо, только снег скрипел под ногами. Следов вокруг хватало - заячьи, лисьи, кабаньи. Но это были явно не те, кто нам нужен. А потом вдруг раздался звук. Тоненький - как посвист ветра. Где-то сбоку. Потом будто сверху. Потом вообще непонятно где. Идёшь к нему - он уходит. Остановишься - звучит рядом. Санко сказал, что звук "прыгает". Что мы не сам звук слышим, а его отражение. И предложил идти не туда, где слышно, а туда, где, наоборот, слишком тихо. Айдан подумал и согласился. Чем дальше мы шли, тем тише становился лес. Даже шаги наши звучали как-то глухо. Потом мы увидели волчьи следы. Свежие. И тут раздался самый настоящий волчий вой. А откуда-то издали - будто его эхо отдалось. Я сразу понял: тот, кто воет, просто повторяет услышанное. И говорю нашим: если мы будем шуметь, он и нас станет повторять. Пошли дальше молча. И тут нам навстречу вышли... волки. Мы их издали еще увидали. Встали на тропе и стали глядеть на нас молча. Будто ждали чего-то. А потом так же молча убежали в чащу. И уже оттуда снова раздался волчий вой. А вслед ему из ущелья донеслось... будто эхо. Но это точно было не эхо. От тропы вниз шла каменная гряда. Мне показалось, будто вой идёт прямо из скалы. И Санко тоже. Он углядел узкую расщелину, показал Айдану и сказал: "Там, чую. Спущусь". Я тоже вызвался. Айдан навязал нам на пояса веревки и велел дергать, ежли что, мол, он вытащит. И тут вдруг раздалось что-то совсем странное. Будто человеческий голос из той расщелины донесся. Обрывки слов. Мне не по себе стало, но отступать уж было некуда. Мы с Санко полезли вниз. Братец - первым. Он ловчее, если по чести. Только мы спустились в расщелину - из боковой щели высунулись огромные розовые уши. А за ними показались черные глаза - как горошины. Санко аж присвистнул от удивления. А зверушка вдруг присвистнула в ответ - точь-в-точь как Санко. Я видел, как она дрожала - то ли от холода, то ли от страха. Но даже не пыталась убежать. Санко изловчился и ухватил ее, и мы полезли обратно. Айдан помог вытащить зверька, укутал в покрывало. И сказал, что это слухач. Детёныш. Но, видать, мать его погибла, потому что взрослые слухачи не бросают своих малышей. И что он должен был сразу догадаться. Пока мы болтали, этот маленький слухач смешно крутил ушами по сторонам и пытался повторять за нами наши слова. Прикольный такой! Вернулись мы уже к ужину. Слухач пригрелся в мешке и заснул. Но даже во сне он тихо повторял скрип снега и шаги. Айдан разрешил Санко показать найденыша нашим. А сам подготовил ему теплую норку в нашем питомнике. Вот так у нас на одного обитателя стало больше. Теперь надо будет Эразмия поподробнее расспросить про это чудное существо.