Сегодня Санко за Кати по всей лечебнице ходил. Не, не втюрился, не подумайте! Она у нас...
Сегодня Санко за Кати по всей лечебнице ходил. Не, не втюрился, не подумайте! Она у нас на уроке своей мамы помогала, ну, на магической медицине. А братец мой сами знаете какой лекарь. Ну, вот они и спелись на теме исцеления. Я его еле дождался у двери, когда урок закончился – он все у нее выспрашивал про исцеляющие заклинания. А Сильвария задала нам на уроке мяту лечили. Живую, в горшочках, только стебли и листья у нее то там, то сям надломлены, плетьми висят. Надо было их выпрямить, к подпорке привязать и колдовством срастить. Ну, короче, сначала мы на растениях тренируемся, а потом на людях будем. Мы с Ансо вместе работали: он верхушку придерживал, я полоской ткани стебелек закреплял. Потом по очереди колдовали. Мне все казалось, что мало: трещинка еще видна! А у той мяты, которую наставница сама исцелила, надлом прям вмиг затянулся. Но она сказала потом, что слишком быстро нельзя, потому что растение много сил на восстановление тратит и может просто засохнуть. А Кати как раз с Санко устроилась: у них мята вся скособоченная была. Санко пытался ее своими заговорами лечить, да не вышло. Кати горшок повернула, показала ему: края надлома не сошлись, верхушка перекошена. Братец такую ряху недовольную скривил, будто его в самом большом преступлении обвинили. Он же в растениях и лекарстве лучше всех у нас разбирается, а тут вроде как опростоволосился. А Кати на его рожу даже не посмотрела, все сама поправила, чуть поколдовала – и готово! Санко сразу: а пошто так? Ну, она ему все объяснила. А братец сидел, уши развесив, слушал, да еще расспрашивал! Будто не ровесница ему вещала, а мудрец какой столетний. Арсенио мой портрет закончил и перед обедом принес. Я вам покажу потом оба – и мой, и Рады. Ух, скорее бы обоз от Брега пришел! Прям не терпится ей подарочек мой отправить. А я Раду еще не дорисовал. К завтрему закончу. Зуб даю! На экономике Кассиан нам две лампы поставил: обычную масляную и зачарованную. Велел выбрать, какую покупать. Цены для задачи дал: обычная стоит три дирхама, да еще по одной монете на масло с фитилем за вечер. Зачарованная - восемнадцать, зато ее силы на тридцать вечеров хватает. Мне свет на три вечера нужен, Зенону - на тридцать. Я обычную выбрал, он зачарованную. Я уж хотел сказать: конечно, ты у нас все подороже любишь! А посчитали - ему простая лампа в тридцать три монеты обошлась бы. Вона как! Потом Кассиан нам задания поменял, пришлось и лампами поменяться. А Никандрос все равно зачарованную хочет, даже на три вечера. Я ему: ты бы ее и без дела купил! Он отвечает: зато разберусь, как устроена. Ну, этого хлебом не корми, дай в диковине поковыряться. После уроков с Живаной капусту солили. Я резал, Ярко носил, Санко уминал. Карнак соляные головы рубил и комки крошил. У него же отец в Балларде солевар. Он нам рассказал, как с отцом из соленой воды соль выпаривал. Я сразу спросил: это сколько ж дров надобно? Сроду об этом не задумался бы, но после урока Кассиана я уже повсюду расходы подсчитывают. А, вот еще прикол был! Мавр прибежал, стал между бочками шариться: на задние лапы становится и внутрь заглядывает. Поглядит, мяукнет печально и дальше идет. Ярко решил над ним подшутить: когда Мавр в очередную бочку носом ткнулся и мявкнул, он как загудит... Мавр прям прифигел от неожиданности – такой гул из пустой бочки раздался! Мы стоим, ржем, а Мавр все в бочку заглядывает и мяукает, ждет ответа. Даже Живана рассмеялась. Правда, потом шутнику корыто с порезанной капустой вручила, чтоб зазря не баловал. За ужином Барнард вдруг вспомнил про Ночь Одина – это праздник у нордунгов, через три дня будет. Северяне предков вспоминают, родовые саги рассказывают. Кати сразу захотела какую-нибудь сагу послушать, а Арсенио про песни нордунгов спросил, он