Ну, и "погонялись" сегодня! Санко до сих пор сердится, когда ему напоминают. А попробуй...
Ну, и "погонялись" сегодня! Санко до сих пор сердится, когда ему напоминают. А попробуй не напомни - как вспомнишь его ряху, когда Пламен от него к Але отворачивался! Но сперва Кати с матерью повздорила. Она, оказывается, ей ничего не сказала про гонки, а Сильвария только во время моего подкаста об этом узнала. Ну, и сказала, что не разрешает ей гоняться на змеях. Я уж подумал: ну, все, не будет никаких гонок. Когда они от меня из библиотеки уходили, я слышал, как Кати ей доказывала, что прекрасно летает, а мать ей: просто полетать - пожалуйста! А гоняться - нет! Когда Сильвария ушла, я спросил Кати, сказать ли Санко, чтоб Пламена не звал. Она подбородок задрала: я от своего слова не отказываюсь! Ух, девка! Ну, раз решила - так и быть. После самоподготовки на луг пошли. Там уже народу собралось! Турка всех убеждал, что Пламен больше, стало быть, и быстрее. Арсенио лист и уголь притащил, рисовать собрался. Я у Кати еще раз про запрет спросил, а она снова отмахнулась: мол, сама с мамой разберусь. Лететь условились вокруг скального выступа, вдоль ущелья до дальнего утеса и обратно. Мы с Ярко встали так, чтоб возвращение хорошо видеть. Ну, я взмахнул рукой - они взлетели: от крыльев такой ветер поднялся, что плащ придерживать пришлось! Пламен сразу вперед вырвался, Турка аж подпрыгнул: мол, я ж говорил! Но Алаэра у скалы ловчее повернула и Пламена обошла. Но Пламен выше поднялся и опять вперед рванул! Пацаны по лугу бегают, шеи вытягивают, кричат, руками машут. И вдруг Алю к скале повело. Она за выступом пропала, я Ярко за рукав схватил - думал, ударилась! У меня аж дыхание перехватило. И Пламен тут же развернулся. Но Аля уже вынырнула, крылья расправила. Ух, я только тогда выдохнул. Кати после сказала, что там их ветром снесло. А Санко - что Пламен сам к ней повернул, он ему ничего не велел. Дальше вообще чудеса начались. Аля вверх - и Пламен за ней. Она вниз - он следом. Кружат, друг перед другом выворачиваются, будто без седоков вовсе! Я стою и не понимаю: чего там Кати с Санко устроили? Но потом оба змея к лугу полетели, и мы с Ярко уже приготовились смотреть, кто первый, а Аля возьми да сверни у нас перед носом! И Пламен тоже. И давай над нами круги выписывать, шеи друг к дружке тянут. Я уж слышу, как Санко орет, Пламену вниз велит спускаться. А тому хоть бы хны! Ярко тут как заржет: "Это у них не гонки, это сватовство!" Пацаны подхватили, жениха с невестой поздравляют. Мне и самому смешно стало. Сели наконец. Кати с Санко на землю соскочили, оба красные. Кати волосы с лица убирает, Санко сразу Пламену что-то выговаривать стал. А тот мордой Але шею трет. А она ему - гребень. Братец пытается к себе его повернуть: хоть бы выслушал, что ли! А Пламен на него глянет и опять к своей змеюке. Мы уже пополам сгибаемся. Санко красный стоит как омато. Кати губы поджала, молчит, на Алю свою сурово посматривает. А чего тут говорить, ежели до конца не долетели! Санко от злости сплюнул даже и рукой махнул. А Пламен будто того и ждал - взмыл вверх. А Аля - за ним, вестимо. Блин, как у вас говорят?.. Сладкая парочка? Ну, короче, в горы полетели - туда, где пещера Пламена. Все расходиться стали, а Санко все кипятился: я, говорит, тебе устрою, ухажер хре… Ой! Но тут не до змеев стало. Потому что Сильвария пришла. Кати сразу взор потупила, начала рассказывать, как хорошо они полетали. Но мать ее даже слушать не стала. Велела идти в келью - под замок. Санко тут вперед вышел: это, говорит, я придумал, на спор ее вызвал, моя вина! Но Сильвария ответила, что Кати слышала про запрет, так что теперь посидеть и поразмышлять взаперти ей будет полезно. Ну, и увела ее. Кати на нас даже не посмотрела. Мне уж совсем не смешно стало. Мы все хотели гонку, а заперли ее одну. Когда шли обратно,