озера поднялись на двадцать километров по очень сложной реке. Нас "сбросило" в это озер... — 29 июля 2026 г. в 10:10:36.548
озера поднялись на двадцать километров по очень сложной реке. Нас "сбросило" в это озеро. Мы все чудом остались на плотах, не перевернулись. Нас протащили на катере по Телецкому озеру, а потом сплавлялись по реке Бия. После этого мы впервые попали на Катунь. Исколесили ее сверху донизу. Сначала среднее течение. Там, где проводится Кубок мира по рафтингу. Пороги где-то 4-4,5, есть элементы пятой категории. Один раз сплавлялись от самой горы Белухи. Очень интересный маршрут. Надо первые сутки держаться по плато. Все еле движется. А потом она резко падает вниз. И на этом участке пять фантастически тяжелых порогов. Адреналин вырабатывается мгновенно. — Переворачивались? — Мой плот нет. Мы плавали на двух плотах. Коллеги пару раз переворачивались. Но вытаскивали. На Катуни мы провели почти 20 лет. В смысле не зим, а лет. У нас там много друзей. Фантастический край. — Вот вы к вечеру причаливаете к берегу, достаете плот, разводите костер, разбиваете палатку. А потом гитара и песня? — Гитара и песня, да. — Сколько примерно песен на гитаре вы исполняете? Не считали, наверное. — Очень люблю В.С.Высоцкого и Б.Ш.Окуджаву. — И играете, и поете? — Да. — Когда-нибудь услышим? Надо обязательно . — Воспользуюсь вашими возможностями в нашем медийном пространстве. Без каких-либо гонораров, если это кому-то интересно. Принимаю ваши возможности. — Интересно. Очень хочется услышать. Нам все интересно. Потому что журналисты любят не только подглядывать за вами, но и подслушивать. Особенно, когда вы думаете, что микрофон выключен. Если бы вы зарегистрировали на себя товарный знак "дебилы, с одним словом", то наверное, стали бы богатым человеком. Потому что эту майку носили практически все мои коллеги, и я тоже. Она продавалась тиражами в тысячи экземпляров. Это ваш характер? Или выскакивает, просто исходя из какой-то ситуации? — Выскакивает. Все мы живые люди. — Но ваши коллеги говорят, что вы на работе совсем не допускаете таких слов. — Лжецы. Я им припомню. Это, конечно, лицемерное заявление. Когда что-то вдруг тебя не расстраивает, а неожиданно как-то и неправильно кто-то что-то делает, бывает горячее словцо. Насчет торговой марки никогда об этом не задумывался. Кстати, после Аляски, где я появился в свитере "СССР", звонили моим помощникам, благодарили. Говорили, что готовы навязать этих свитеров для моих друзей. Понимаете, когда это влечет людей... Сейчас появилось много примеров. Они никогда не пропадали. Какая-то пошла особая волна ностальгии по СССР. Советский Союз — это, в общем, все о том, с чего мы начинали. Народ не просто хочет хорошей, сытой жизни. Это чувство причастности к тому, что твои предки делали в тяжелейших условиях. Поднимали эту страну. Вытаскивали ее из нищеты. Создавали условия для того, чтобы сосуществовали сотни языков. А люди, когда надевают эти свитера, они ощущают, что... Даже те, кто не жил в Советском Союзе, им рассказывали родители, дедушки, бабушки. Поэтому, мне кажется, как сказал В.В. Путин, что тот, кто не жалеет о Советском Союзе, у него нет сердца, а тот, кто хочет его возвратить, у него нет головы. Насчет сердца все это сохраняется. А про голову, слава богу, в нынешней ситуации в России есть голова, и она трезвая. — Вы уже упомянули о том, что наша страна, Родина, богом поцелованная, богом хранимая. А сами вы верующий человек? — Верующий. Меня бабушка крестила тайно от мамы. Мама была коммунистом. Она сама пошла креститься в уже совсем зрелом возрасте, после того, как состоялась ситуация с распадом Советского Союза. Бабушка носила меня крестить в Ногинске. На берегу Москвы-реки до сих пор стоит храм. Дай Бог, чтобы он продолжал там действовать. У меня крестик тот сохранился, который мне тогда надели. Хорошее было время. — Случалось в вашей жизни что-то такое, что ничем, кроме чуда, кроме бога, нельзя объяснить? — Наверное, случалось. Некоторые истории я бы не хотел вспоминать. Бывало. Мы как-то сплавлялись по Катуни. Сделали