Открыв калитку и войдя в свой двор, я увидела страшную картину: молодая травка усеяна п...
Открыв калитку и войдя в свой двор, я увидела страшную картину: молодая травка усеяна птичьими перьями и клочьями человеческих волос. Повсюду пятна крови. На старой яблоне, словно пиратский флаг, развевается черный платок, под ним болтается мертвая птица. Вдобавок ко всему где-то рядом раздается жуткий вой. Я была беременна, поэтому сильно перепугалась. Что это, знак свыше? Меня ждет несчастье? Зарыдав, бросилась в дом. Заперлась и стала звонить мужу. — Матвей, тут... тут... ведьмовские штучки твоей бабки! — выпалила я. — Не выдумывай, — отрезал муж. — Приеду, поговорим. Я занят. «Занят» Как всегда, когда очень нужен мне. Работа у него такая: постоянно в разъездах, мотается по области. Считает меня глупой бездельницей, способной только мешать. Я бесцельно бродила по комнатам, не решаясь выглянуть в окно, на двор со страшным зрелищем. Давно подозревала, что с нашим нынешним пристанищем не всё в порядке. Этот дом достался моему мужу от тётки его матери. В последние годы, слабея, она часто беседовала с двоюродным внуком, моим будущим мужем Матвеем. Жалела, что не довелось своих детей иметь. — Замуж меня никто не брал, за колдунью держали, — рассказывала баба Авдотья. — Парни меня боялись. Хорошо хоть сестра тебя родила. А то и родни на свете нет... Единственный родственник и получил старую, но вполне еще крепкую избу. Мы с Матвеем, расписавшись, помыкались по съёмным квартирам и перебрались сюда, когда со дня смерти бабы Авдотьи минуло полгода... Как водится, любопытные соседки желали познакомиться. Поскольку я, ожидая прибавления семейства, не работала, а занималась обустраиванием дома, встречать местных кумушек надлежало мне. — Ты внучка бабы Авдотьи? Раньше ты тут не появлялась, — бесцеремонно заявила бабка, живущая в доме слева. Я кивнула. — Да уж, слетелись теперь наследнички, — покачала она головой, —строго поджав губы. — Это не я наследница, а мой муж Матвей, ее внук, — объяснила я. Его как раз местные знали и одобрительно качали головами, мол, уважал парень старушку, наведывался. К нему нет претензий... — Но если ты не внучка, то тебе ее дар не передался, тут по женской линии родственница нужна, — констатировала ближайшая соседка, представившаяся тетей Глашей. Оказалось, ведьминский дух не исчез бесследно. Не имея того, к кому перейти из «родственниц», остался в доме. — Да я и сама погадать могу, от Авдотьи немного научилась, — сказала тетя Глаша. — Давай тебе поворожим? Мужа ведь постоянно нет дома. Ты уверена, что он на работе, а не изменяет тебе?.. Честно говоря, после ее слов я задумалась. Может, и вправду? — Не верю я во всё это... — проговорила я с сомнением. Тетя Глаша всё же раскинула карты бабы Авдотьи, даже начала что-то приговаривать, но я не слушала. И вдруг... картонные прямоугольники выпали из рук гостьи, посыпались на пол и опали веером рубашками вниз. Тетя Глаша ахнула. — Это Авдотья так всегда раскладывала! Видно, не хочет, чтоб я ее колоду брала. Прогоняет меня! И в ужасе поспешила из дома. Может быть, и мне попробовать погадать? А что, я почти что родня покойной хозяйке. И когда-то в юности увлекалась картами Таро... Помню, однажды пришла ко мне молодая женщина. Я раскинула карты как умела. И даже заработала. Клиентка ушла довольная. — Потом моя подруга Женя собралась выходить замуж. — Инка, у вас небось от бабки сокровищ народных осталось — не счесть. Мать моего жениха помешана на народных традициях. Что-нибудь старинное для свадьбы есть? — спросила у меня Женька. — Найдем! — заверила я, у бабы Авдотьи было припасено много чего, в том числе, как говорят старики, «узелок на смерть». Во время ее похорон не всё было использовано, оставшееся так и хранилось в шкафу. Отдельно лежали вышитые рушники. Для чего старушка их заготовила, не знаю. Я обещала подруге приготовить всё, что она попросила, но сделать это забыла. Женя прибежала в выходной, когда меня не было дома. Муж не зная что к чему, сунул ей сверток, который нашел в шкафу...