И вот мы с вами едем на север Кунашира,
И вот мы с вами едем на север Кунашира, где у ручья Водопадного нас встречает живописная куртинка сухостоя (первое фото). Деревья тут не вынесли заболачивания почвы и переизбытка воды. ☝ Да, мы тоже, как и японцы, впечатляемся подобными картинами, потому что они дергают нас за ниточки страха и восторга одновременно. 🐻 Возможно, мертвый лес, в котором все теперь так прозрачно, ассоциируется с исчезновением опасности и от этого становится привлекательным? 🤔 Или, наоборот, — привлекает внимание своей инфернальностью, как граница между мирами? 🔥 А дальше — у реки Камышовой — целая погибшая роща. Здесь причиной, как и в японском парке, стала морская вода. Тот самый шторм, который разрушил японские ванночки на горячем источнике "Чайка", захлестнул участок леса у реки Камышовой и погубил его. 🔎 Красиво ли это? Да, красиво. Впечатляюще? Да. Если поставлю вас в центр мертвого леса и спрошу, что вы чувствуете — не думаете, а именно чувствуете, то... (Если кто-то уже так стоял, расскажите, а потом уже я). А если здесь еще и визит-центр, в котором расшифровывают код места? (Откинем пока вопрос отсутствия автодороги). 💰 Смогла бы куртинка сухих стволов на Кунашире собирать миллионы рублей? 🌿 Как биолог, в любой сухостоине и вокруг нее я найду вам целый мир. Как человек, выросший на острове, где из театров был только горизонт, я нахожу сухостой цепляющим за душу и достойным оваций. Как писатель, я вижу в нем сюжет для целого романа или научно-популярной книжки. Но туристы, боясь потратить деньги на недостаточно зрелищное, зададут рациональный и выбивающий из-под ног гида почву вопрос: "А что мы там увидим?" Попробуйте ответить на него вы, мои читатели.