2
2 — Если бы. Он мне сам в лоб сказал, узнав про мою болезнь: «Извини, Машуля, бросить тебя не брошу, но и по бабам таскаться не перестану. Сама понимаешь: работа у меня такая». — Нашла из-за чего переживать, Маш. Да мужики они все такие. Главное, что домой ночевать приходит. — Через раз, — уточнила сноха. — Ну так ведь всё равно приходит. Даже и не переживай. Давай-ка я тебе один укольчик успокоительный сделаю, и тебе сразу же легче будет. — Сделай так, чтобы меня больше не было и тебя тоже. — Так-так-так, — свекровь достала телефон и набрала сына. Сын нервно пробурчал: — Мама, я на работе. Сколько раз просил тебя, не отвлекай меня. — Сынок, тебе необходимо приехать домой. Тут с Машей проблемы. — А у неё что ни день, то проблемы. Не отвлекай меня, мама. — Ты меня не слышишь? Срочно приезжай! — Да не могу я! Сегодня вторник. Ты же знаешь, у меня плановые операции, которые я перенести не могу при всём моём желании. — Точно, а я и забыла… Сын бросил трубку. Зинаида Абрамовна сфотографировала сноху и перебитую посуду, а потом попросила внука: — Серёженька, где у вас совок и веник? Неси суда. — А у нас нет, баб. — Как это нет? — Мы пылесосом обходимся. — Ёшкин ёж…Придётся вручную всё убирать, — свекровь взяла пакет, висевший на ручке кухонной двери, и потихоньку стала собирать осколки. Маша заплакала и опять стала твердить: — Это она виновата. Она виновата. Я знаю. Это она виновата. Она виновата. Я знаю… — Кто она? — Та, которая пожелала мне зла, но вначале предупредила меня. — Поясни мне, пожалуйста, Маш. — А что толку? Я поясню, а ты меня сама же в психушку и упечёшь, тебе не привыкать это делать, — с укором проговорила сноха. — Да ты и сама знаешь её. — Я? — свекровь ткнула себя в грудь. — Ты! Дурой-то не прикидывайся. Ты же ей сама диагноз поставила, читая её бредни. — Это ты про кого? Как это я могла заочно поставить диагноз? Маша схватилась за голову и закричала: — Она поселилась в моей голове и сидит там. Сидит и сидит. И шепчет, и шепчет. И ещё в рассказы меня вставляет. Представляешь, какая она наглая? — Маш, а что она тебе шепчет? — Ты — это я… Я — это ты. — А ты? — А я читаю и читаю её перлы. И не могу остановиться. — А-а, так ты про эту, что ли, которую я читаю запоем? — Про неё. Ты же мне её сама и насоветовала читать. — Так заблокируй её и не читай, — посоветовала ей свекровь. — Так блокировала уже без счёту раз, а потом рука сама тянется, чтобы разблокировать. Она же там про меня пишет. Сыночек ваш её тоже читает, сидя на унитазе, и нахваливает, а я в туалет попасть из-за него не могу. Она его отбить у меня хочет. Я знаю. Она всё продумала. А я лучше её пишу, но меня не читают. Я же лучше, лучше и моложе её… А мне сегодня сказали, что по-женски всё удалят. Ваш сын меня бросит. Зачем я ему такая? А всё она. Она. Всё она. Она пугала меня, а я не поверила… — Маша, тебе это приснилось… — Приснилось? — Да. Это сон, Маш. Это всего лишь сон, — сказала свекровь и вызвала неотложку. Ругая себя мысленно: «Зачем я посоветовала ей себя читать? Ну зачем? Хотя мечты сбываются. Я хотела от Машки избавиться, и вот, пожалуйста, результат. Я правильно всё рассчитала… Лишь бы только не пожалеть потом. И талант у меня явно есть. Буду и дальше писать. Что ещё мне на пенсии-то делать?». © 24.11.2022 Елена Халдина, фото автора Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны #рассказ #семейные_отношения