2
2 — А вот это запросто может быть: живём-то где? На Урале! — Он поправил бороду рукой и с усмешкой сказал: — Встречай любимую сноху, Валентина! — Да тише ты, — одёрнула она его, — у меня ведь теперь две снохи. Упаси Бог Илонка услышит, да обидится. И что потом? Свадьбе, что ли, отбой? — Тьфу-тьфу-тьфу… — спешно сплюнул Николай через левое плечо. Послышались шаги в сенях. Открылась дверь, и через порог первой вошла Татьяна. В комнате аппетитно пахло пирогами. — Здрасте! Не ждали? А мы явились не запылились, — шутя сказала она. — Здравствуй, Татьяна! Здравствуй! — проходи в избу. — Мы с Валентиной всегда вам с Иваном рады. — Конечно рады, — подтвердила слова мужа свекровь. — Здравствуй, Тань. Проходи к столу. С Иваном-то мы уже по телефону сегодня здоровались. — А я ещё поздороваться не прочь, мам! — улыбаясь, воскликнул Иван. Он снял плетёнки** и подошёл к отчиму, сверкая дыркой на пятке. Они пожали друг другу руки. Иван обнял его и приветливо произнёс: — Здравствуй, отец! Жених-то с невестой где? — Да в комнате милуются, — ответил он. — А не рано ли? — переспросила Татьяна. — Да нет, — он изобразил рукой большой живот невесты, и прошептал: — Там уж к свадьбе-то брюхо на нос полезет. — Вот братец-то мой даёт! — улыбнулся Иван. Татьяна тут же добавила: — Дают, так и он рад стараться. Ранняя молодёжь-то пошла — это не то, что мы с Ванюшей моим: до ЗАГСА ни-ни. Свёкор со свекровью молча переглянулись. Свекровь закашлялась, подавившись слюной. — Ну так конечно, такую как ты, боле во всём городе не сыскать! — с улыбкой заметил свёкор. — Что верно, то верно, — согласилась с ним Татьяна, а потом, взглянув на свекровь, задала вопрос: — А пироги-то с чем? — Да с картошкой и мясом. Руки мойте, да садитесь за стол. Жених-то с невестой уж наелись и отдыхать легли. — А Алька-то где? — спросил Иван. — К подружке пошла. С нами-то ей сидеть скукота одна, — ответила мать. — Танюша! Вот ведь как мы удачно в гости-то заехали! — обрадовался Иван и потёр ладони. — А мы, Ванюша, всегда с тобой в гости удачно приходим! — смеясь, проговорила Татьяна. — А всё почему? Да потому что меня и свёкор, и свекровь уважают! Я ж сноха-то не вредная, да и ты у меня, Ванюша, золото, и не самоварное, а самое что ни на есть, настоящее — высшей пробы! Мать Ивана зашла в середу́*** за тарелками и окликнула мужа: — Никола-а-ай, помоги-ка мне. Муж молча подошёл к ней, она вполголоса спросила: — Что это с ними? — Не знаю, может, любовь? — предположил он. — Да какая ещё любовь? — А вот такая. Сама ведь видишь. — Ага, любовь до гроба — дураки оба… — махнула она рукой. — Ну, Танька… От неё не знаешь, чего и ожидать. — А ты жди хорошее, и дождёшься! Пояснение: оборзе́ла* — обнаглела плетёнки** — мужские плетёные босоножки середа́***— место перед печкой, отделённое от комнаты деревянной перегородкой, где стряпали и готовили еду © 29. 10. 2022 Елена Халдина, фото автора Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны. Продолжение следует