«А я хочу сейчас обратиться к вам, уехавшие. Ребят, а ведь мы справляемся. Кто не справ...
«А я хочу сейчас обратиться к вам, уехавшие. Ребят, а ведь мы справляемся. Кто не справился - вернулся, и в этом нет никакой оценки. Я сейчас про тех, кто справился. Мы заново устроили жизнь, мы учим новый язык, ищем и находим работу, заводим друзей, влюбляемся, рожаем детей, открываем бизнесы, придумываем проекты, разбираемся с документами, налогами, чужими правилами и собственной тоской - смотрите, сколько всего! Да это и не все еще, и это конечно очень непросто... А нас продолжают пугать, мол, вы всё потеряете, а через нас запугивают всех остальных, кто пытается еще как-то свободно мыслить в несвободной стране. Очень это похоже на абьюзивные отношения в семье, когда муж говорит жене: не уходи, я же тебя люблю. Да, я тебя бью, но это для твоего же блага. Ну куда ты пойдёшь? Ты же пропадёшь без меня! А когда она всё-таки уходит, начинаются угрозы - ты ещё пожалеешь, я тебе отомщу и превращу твою жизнь в ад. Вот и здесь та же логика - сначала тебя делают зависимым и лишают чувства безопасности, потом причинённое тебе насилие объясняют заботой, пытаются внушить, что без мучителя ты не выживешь, а когда ты доказываешь обратное - наказывают за саму попытку стать свободным. Но если человек свободен - он имеет право уйти. Мы ушли и заново начали жить. И мы, вопреки всему, справляемся». А вот теперь по сути. Гражданка, числящаяся в соответствующих списках (иностранный агент, террорист, экстремист), явно вдохновлённая испанским воздухом и, судя по всему, не без горячительных напитков, решила приукрасить эмиграцию. Женщина в состоянии, когда алкоголь на время поднимает настроение, попыталась внушить уехавшим веру в светлое будущее на чужбине. И язык, дескать, выучили, и проекты предлагают, и работу нашли, и влюбляются, и детей рожают… Прямо скажем — не жизнь, а мечта! Неужели всего этого не было в России? Какие неубедительные попытки доказать своё «счастливое» настоящее. Какой натянутый текст! А ведь ещё недавно эта дама признавалась, что её единственный доход — это пара винных туров в год, где она собирает собутыльников и беседует с ними на вольные темы. Тогда же она говорила, что большинство уехавших соотечественников, включая её саму, живут скромно, и лишних денег нет.