Как вышло, что Германия, пережившая в 1920‑х годах гиперинфляцию, когда деньги теряли ц...
Как вышло, что Германия, пережившая в 1920‑х годах гиперинфляцию, когда деньги теряли ценность буквально за сутки, сумела создать столь мощную военную машину и перевернуть с ног на голову половину мира? Ключ к разгадке кроется в экономике — и в определённой доле изворотливости. В период с 1924 по 1929 год экономика Германии опиралась на кредиты от американских банков, главным образом от банка Моргана. Эти средства направлялись на обновление промышленных предприятий и на выплату репараций Франции и Великобритании. Последние, в свою очередь, использовали полученные деньги для погашения военных долгов перед США, возникших после Первой мировой войны. Однако затем грянула Великая депрессия — она нанесла сокрушительный удар по США и Германии, и в результате Германия лишилась доступа к кредитным ресурсам. Один из путей восстановления экономики — возрождение и перевооружение армии. Ведь армия требует металлов, стали, пороха, топлива, продукции химической промышленности и многого другого. Каждое рабочее место на предприятии оборонной отрасли создаёт спрос на 7–10 рабочих мест в смежных отраслях. Однако в 1933 году Германия столкнулась с целым рядом ограничений: нехватка налоговых поступлений; отсутствие достаточных золотых резервов; невозможность получить крупные международные займы; запрет на полноценное перевооружение. Даже если бы власти захотели открыто профинансировать масштабную военную программу, средств на это попросту не хватило бы. К тому же в первые годы нового режима бюджет и без того был перегружен расходами на общественные работы: строительство автобанов, реализацию инфраструктурных проектов, предоставление субсидий промышленности. Всё это требовало значительных финансовых вливаний. Старт масштабного перевооружения Германии был дан не с производства танков и самолётов, а с хитроумных бухгалтерских манипуляций. Новому правительству предстояло решить, казалось бы, невыполнимую задачу: найти способы финансирования военной программы в условиях, когда в стране нет свободных средств, закрыт доступ к крупным иностранным кредитам, а воспоминания о гиперинфляции ещё свежи. Запускать печатный станок было нельзя: это моментально обрушило бы и без того слабую валюту и лишило бы власти доверия населения. Решение было найдено благодаря финансовой схеме, разработанной Ялмаром Шахтом — главой Рейхсбанка и министром экономики. Вместо прямых выплат оборонным предприятиям государство создало фиктивную компанию — Metallurgische Forschungsgesellschaft (MEFO). Формально она числилась частной, но на деле служила инструментом скрытого финансирования военных нужд. Механизм работал просто и эффективно: завод изготавливал вооружение по государственному заказу, но вместо денег получал от MEFO вексель. Этот вексель гарантировался государством и принимался банками — его можно было обменять в Рейхсбанке либо в зарубежных банках (преимущественно британских). По сути, речь шла о скрытом государственном долге. Военные заказы наращивались, промышленность оживала, уровень безработицы снижался, а реальные финансовые обязательства государства оставались за пределами официальной отчётности. Благодаря этой системе Германия могла расходовать миллиарды, не отражая их в бюджете как прямые государственные траты. Но у векселей был свой срок годности – к концу десятилетия их нужно было погасить. То есть к концу 30-х годов или Германия объявляет о дефолте, или изыскивает средства для погашения долга и для дальнейшего своего развития. А сумма долга не маленькая – 12 миллиардов рейхсмарок. Действующая схема перестала удовлетворять требования промышленности и власти Третьего Рейха стали брать под контроль всю финансовую систему страны. Уже к середине 1930-х годов валютный контроль стал жёстким: вывоз капитала ограничивался, внешнеторговые расчёты регулировались, импорт распределялся по приоритетам. Рынок всё меньше напоминал свободную экономику и всё больше — управляемую конструкцию, где ключевые решения принимались политически. Банки, страховые к
Канал в каталоге Максиметера
28 подписчиков · Наука