кольких сотен метров на торчащие внизу скалы. — 16 декабря 2025 г. в 13:53:25.276
кольких сотен метров на торчащие внизу скалы. Передо мной находилось двое несчастных. Край приближался. Я в очередной раз вытянула голову, но теперь чтобы найти парня-голубые-глаза. Но его нигде не было видно. Взору открывался лишь длинный конвейер полубосых оборванцев с угрюмыми лицами, которых по одиночке подводили к обрыву и отправляли в конечный полёт. Где-то в глубине души я чувствовала, что моё смирение было поколеблено. Да. Этот парень с изумительными глазами и его маленький кивок. Он смутил меня, взбудоражил, пошатнул мою безмятежность пред неизбежным. И я разозлилась. Теперь я извивалась, мотала головой, пытаясь использовать свои последние секунды по максимуму: я хотела ещё раз увидеть его! — Шевелись, — скомандовал конвоир, грубо схватив меня за руки. Я задёргалась, однако продолжила шаг к краю. Онемевшие ноги не слушались, но всё равно плелись навстречу неминуемому. Земля неприятно холодила и колола оцарапанные ступни. Когда до обрыва оставался всего шаг, я услышала равнодушное «Стоп». Наблюдатель. Он подошёл ко мне — близко-близко — и, осмотрев с ног до головы оценивающим взглядом, притронулся к моим волосам. Нащупал прядь и, изучив её, перевёл взгляд на меня. — Природный цвет? — спросил он. Я сглотнула. В горле словно встрял ком ваты. Еле смогла изобразить кивок. Он усмехнулся и отпустил мои волосы. — Подходит, — обронил он и, развернувшись, бросил через плечо: — За мной. Моё сердце словно провалилось вниз живота. Несколько людей подняли головы, чтобы посмотреть на небывалое явление, но затем вновь опустили. Поглотившее их отчаяние было столь велико, что не давало сконцентрироваться на чём-то другом. Я последовала за мистером-усмешкой, а в голове из пребывавшей в ней до недавнего времени вакуумной пустоты материализовались мысли о парне-голубые-глаза: а что будет с ним? Увидимся ли мы ещё?.. *** Черновая работа от Наблюдателя оказалась не такой уж и чёрной. Нужно было ассистировать ему в разных делах, и периодически это касалось вопроса людей из Нижнего Котла, поскольку я сама родом оттуда и могла что-то пояснить. Мистер-усмешка усмотрел во мне природную красоту и только потому держал при себе. Хотя в работе я смогла превзойти его ожидания. Со дня, как он забрал меня в Заоблачный, минуло почти три месяца. — У меня для тебя задание, — подозвал меня Наблюдатель. На его столе как всегда царил безупречный порядок, а в кабинете под солнечными лучами кружили пылинки. Он вручил мне тетрадь с выписанными таблицами и, по обыкновению прищурившись, сухо произнёс. — Вчера в северный блок перевели предварительно годных людей из сектора «Н. К.». Тебе нужно занести их серийные номера в таблицу, ясно? — Да. Мистер-усмешка откинулся в своём кожаном кресле. — Не вздумай заговаривать с ними. Если сделаешь это, будут последствия. Я промолчала. Он вновь пробежался по мне взглядом и удовлетворённо кивнул. — Иди. Не долго мешкая, я развернулась и быстрым шагом отправилась в северный блок. Он представлял из себя ряд камер временного содержания, и это последнЕе место на свете, куда бы я хотела спускаться. Но задание есть задание. — Парень-голубые-глаза! — вырвалось у меня против воли, едва я завидела за решёткой последней по счёту камеры своего сотоварища по вагону. Парень в холщёвой робе аж подпрыгнул от неожиданности. Увидев меня, он резко подскочил к решётке, не скрывая своей растерянности. Его глаза были так же прекрасны, словно два хрусталя в зимний полдень. — Златовласка, — выговорил он и смущённо улыбнулся. Мгновение мы смотрели друг на друга, словно не могли насытиться. Будто все эти месяцы тянулись только ради одного единственного момента – этой трёхсекундной встречи. — Нарушение. Нарушение. Нарушение, — затараторил механический голос, раздавшись жутким эхом по длинному коридору. Я зажала рот рукой и помотала головой. Он всё понял и отпрянул к стене. Задержавшись на миг, я ещё раз взглянула на него. Он прошептал одними губами, но я поняла, что он сказал. Это было немое: «Я рад». *** На эшафоте дул сильный промозглый ветер.