Wildberries поднял склад в Шушарах из пепла — и снова потерял. — 24 июля 2026 г. в 14:59:51.168
Wildberries поднял склад в Шушарах из пепла — и снова потерял. Объект горит второй раз за два с половиной года. В первый раз — без разрешения на ввод. Второй — спустя 10 месяцев после восстановления за 8 миллиардов. Что за склад в Шушарах? Если восстановление склада в Уткиной заводи — не головная боль Wildberries как арендатора части помещений, то в Шушарах пострадал его собственный, многострадальный объект. Тот самый, что уже горел в 2024 году. Комплекс более чем за 3 млрд рублей на 106 тыс. кв. м построили и запустили за год, хотя официального разрешения на ввод в эксплуатацию еще не было. Это выяснилось в 2024 году, когда в пожаре 13 января склад сгорел дотла. Вспомним тот пожар Сотрудники склада позднее рассказывали, что пожарная сигнализация в тот день сработала, но ее сначала восприняли как ложную. Виновных в пожаре так и не нашли, уголовное дело прекратили. Ущерб товарам селлеров составил 34,9 млрд рублей, а стоимость сгоревшего оборудования и инвестиций оценивалась в 8-13 млрд рублей. К августу 2024 года Wildberries отчитался о выплате 95% от общей суммы ущерба в 34,9 млрд рублей. Подавляющее большинство продавцов было несогласно с методикой ее раздела этой общей кучи: собственная формула убытков маркетплейса вызывала гнев предпринимателей. Вот её суть вкратце: Стоимость погибшего товара высчитывалась не из розничной цены, а как средняя стоимость продаж с учетом скидок, из которой затем вычитались комиссия маркетплейса, расходы на логистику и хранение. В итоге продавцам выплачивали лишь небольшие проценты от реальной стоимости утраченного, разбивая платежи на три месяца. Иски обрушились лавиной Только за 20 февраля 2024 года в суд поступило 33 иска на 22,6 млн рублей, а за месяц — 203 иска на 142 млн рублей. В арбитражных картотеках на тот момент значилось 3,4 тыс. дел, где ответчиком выступал Wildberries. Сначала суды активно взыскивали с Wildberries полную розничную стоимость сгоревшего товара, но осенью 2024 года практику развернули на 180 градусов и стали считать ущерб не от розничной цены (которая включает упущенную выгоду продавца), а от той суммы, которую продавец реально получил бы, если бы товар был продан. После уничтожения склада Wildberries почти в 2,5 раза повысил тарифы на хранение и логистику. Часть продавцов оказалась на грани банкротства. Как восстанавливали Ушло 8 миллиардов. Вае 2024-го рабочие уже залили фундамент и возвели металлический каркас, начали обшивку стен. За три месяца была построена «новая коробка», а уже через полтора года после пожара, не без скандалов, склад подготовили к открытию. В сентябре 2025 года комплекс начал прием товаров. Что за новый склад На месте сгоревшего вырос большой высокотехнологичный логистический хаб с автоматизированными системами управления, отвечающий международным стандартам качества и безопасности. Эксперты оценивали его в 6,5-8 млрд рублей за неимением официальных данных. Утро 24 июля: новая атака По словам Ким, часть складских площадей и товаров удалось сохранить. Произошедшее назвали нештатной ситуацией, товары предложили перенаправить на другие склады. Для продавцов сделали послабления, однако селлеры заявили, что при наличии суммы к выводу на счете провести операцию не удается — Wildberries отклоняет транзакции. В компании сказали, что все работает в штатном режиме, а сложности временные. Что за новая оферта? Интересно, что за 11 дней до атак, 7 июля 2026 года, Wildberries обновил оферту для партнеров. Новый пункт перечисляет обстоятельства непреодолимой силы. Среди них — «военные, боевые, оборонительные действия», а также «любые последствия применения, воздействия, падения, запуска или срабатывания вооружений, военной техники, летательных аппаратов (включая БПЛА)». Ким дала комментарий, и суть его краткая: сами склады не застрахованы от БПЛА, ведь таковы условия страховщиков. А продавцы, соглашаясь с новой офертой, автоматически принимают эти риски на себя. Несмотря на это, компания заявила, что начнет выплаты селлерам уже 24 июля. Telegram | Все каналы «Фонтанки» | Max