ФР

Футуристические рассказы и картинки. Читаем и удивляемся.

Книги · 7 октября 2026 г.

Открыть канал в MAX

Глава 2: Битва на выжженной равнине

Глава 2: Битва на выжженной равнине Земля рванулась навстречу с оглушительным ревом. Хаос атаковал первым — сразу со всех сторон, без предупреждения и пощады. Циклопические смоляные бичи с воем рассекли мрак, оставляя в раскаленном воздухе черные, дымящиеся полосы. Алеф не стал уклоняться. Он встретил этот страшный удар на лезвие своего Хрустального Меча. Раздался тяжелый, оглушительный грохот, словно столкнулись два тектонических пласта. От удара во все стороны полетели миллиарды ослепительных брызг переплавленного стекла и горящего дегтя. Сила толчка была такой, что золотые сапоги Воина глубоко увязли в кремнистом щебне, пропахав в промерзшей породе глубокие борозды. Металл его доспехов жалобно, пронзительно запел от колоссального напряжения, но Алеф устоял. Он перехватил рукоять и пошел напролом, шаг за шагом пробивая себе дорогу сквозь частокол черных щупалец. Каждое его движение теперь имело огромный, осязаемый физический вес. Больше не было легкого космического парения — только суровый, каторжный труд живого тела. Меч в его руках вращался сплошным, свистящим диском. Тяжелый клинок с хрустом врубался в ржавые железные сочленения твари, отсекая одну смоляную конечность за другой. Из разорванных жил чудовища на серую землю толчками хлынула бурлящая черная жижа, которая мгновенно вспыхивала от соприкосновения с бирюзовым светом оружия. Хаос взвыл от ярости. Тварь забилась в конвульсиях, обрушивая на Воина всю свою первобытную массу. Огромные обсидиановые когти рвали золотую броню, оставляя на нагруднике рваные, глубокие шрамы. Воздух вокруг них превратился в сплошное, раскаленное крошево из пепла, искр и брызг лавы. Скалы Одинокой Скалы рушились, погребая под собой равнину, но бойцы не замечали этого излома вселенной. Это была слепая, бескомпромиссная битва на выносливость, где на каждом делении секунды решалась судьба всего живого. Алеф бил наотмашь, вкладывая в каждый замах всю ярость своего земного опыта, всю память о сорока пяти годах страданий, холода и человеческого одиночества. Его дыхание стало тяжелым, прерывистым, а из разбитых сочленений доспехов проступила горячая кровь. Но он продолжал наступать, тесня исполинское чудовище назад, к бездонной пасти Глубокого Разлома.