Всего не расскажешь. И всё же..
Всего не расскажешь. И всё же.. Из воспоминаний очевидцев: До войны на окраине Белой Калитвы стояли птичники местного совхоза. После оккупации Ростовской области и начала Сталинградской битвы загоны обнесли колючей проволокой — вместо кур там стали держать детей, женщин, военнопленных. Всего за полгода существования лагеря (с июля 1942-го по январь 1943 года) от голода, болезней, холода и расстрелов погибли до семи тысяч узников. Комендантом был гестаповец по фамилии Эрлих, который, по архивным документам, ежедневно расстреливал узников. — Мог вывести человек десять и тренироваться: вот сегодня я стреляю и должен всем попасть в правый глаз. Завтра — в левый глаз. В следующий день — какую-то еще цель. Такое у него было развлечение. По архивным данным, в середине октября 1942 года в лагере держали около 10 тысяч человек. 13 октября тысячу рабочих отправили эшелоном в рейх. Вскоре в Белую Калитву начали массово свозить жителей осажденного Сталинграда, и к началу ноября численность узников выросла до 30 тысяч. — Кур там не было — только опилки и перья. Мама нас в тепло, в самый уголок, поселила. Как начали кусать вши куриные! Это ужас. Я и не знала, что они такие жестокие. Людей начало становиться меньше с первыми холодами — узники начали замерзать в птичниках с пустыми оконными проемами. И в этих курятниках все ложились друг на друга, чтобы обогреть. Там же не топилось ничего. Соломенные крыши были. Наутро все, кто сверху был, замерзали. Вытаскивали сотнями. Там были выкопаны ямы. Всех сбрасывали. По дороге на Калитву у женщины умер двухмесячный сын — брат Василия. Имя мальчика Нина не помнит. Свекровь рассказывала, как простилась с младенцем: привязала ребенка к доске и отправила плыть по Волге. Останавливаться, колотить гроб и рыть могилу нацисты не дали. По словам женщины, в Волгу уплыло много досок с детьми.