— После операции поживёшь у сестры. Я ухаживать не нанимался.
— После операции поживёшь у сестры. Я ухаживать не нанимался. Сергей поставил Нинину красную сумку возле входной двери. Она только вернулась из больницы с направлением на следующую госпитализацию. Сидела в пальто и пыталась расстегнуть пуговицу: пальцы дрожали после разговора с врачом. — Ты же говорил, вместе справимся. — Я много чего говорил. Жизнь не обязана на этом заканчиваться. На столе стояли два бокала. Нина сначала решила, что один для неё. Потом увидела чужую помаду. Женщина вышла из спальни в домашних тапочках. Нининых. Сергей заметил её взгляд. — Не начинай делить тряпки. — Я не про тапочки. — Вот и хорошо. Документы забирай. Остальное потом соберёшь. Нина открыла сумку. Внутри вперемешку лежали бельё, зарядка, полотенце. Он упаковал всё заранее. Пока она сидела в очереди к врачу и писала ему: «Не волнуйся, я скоро». Женщина в тапочках отвела глаза. — Серёж, может, не сегодня? — А когда? Это теперь надолго. Я имею право нормально жить. Нина поднялась. Пальто так и осталось застёгнутым на одну пуговицу. — Тебе тоже когда-то говорили: надолго. Муж резко посмотрел на неё. — Не надо сюда прошлое приплетать. Она достала из шкафа толстую бежевую папку. Сергей шагнул следом. — Это оставь. Там мои документы. — И мои тоже. Из папки выскользнул старый больничный браслет. Женщина подняла его, прочла фамилию. — Это же твоя больница, Серёж. Ты рассказывал… Он протянул руку за папкой. Нина отступила. — А что именно он вам рассказывал? Женщина посмотрела на неё и медленно раскрыла первую страницу. Сергей побледнел. И тут случилось такое… 😱