Галерея над Нарой: почему немцы не смогли выбить роту Кудрявцева с прядильной фабрики
Галерея над Нарой: почему немцы не смогли выбить роту Кудрявцева с прядильной фабрики В октябре 1941 года Наро-Фоминск называли «калиткой» Москвы. К 21 октября немецкие части уже входили в город, а линия фронта прошла по реке Наре. На занятом врагом берегу остались корпуса прядильно-ткацкой фабрики — высокие здания, с которых просматривалась округа. Именно туда ночью ушла рота 175-го стрелкового полка старшего лейтенанта Кудрявцева. Приказ звучал коротко: переправиться, отбить фабрику и держать ее. О подмоге в нем не говорилось. Переправа через Нару была тихой до предела. Бойцы шли вброд, стараясь не выдать себя ни звуком. Первый корпус взяли почти пустым: немцы еще не успели поставить там охрану. Второй пришлось отбивать в коротком бою. Но главным оказался не этот успех, а то, что ждало дальше. Третий корпус соединялся со вторым галереей на уровне второго этажа и узким техническим проходом для паровых труб. Именно по галерее, на виду и на риске, рота и пошла. Расчет был на внезапность, и он сработал. В третьем корпусе первый этаж зачистили быстро. Наверху бой стал тяжелым: у немцев было много гранат, они держались за лестницу. Тогда лестницу внутри здания подорвали. Выход остался один — наружная пожарная лестница, но она простреливалась с нашего берега Нары. Так фабрика оказалась в руках роты. Теперь ее нужно было удержать, и это было труднее, чем захватить. По свидетельствам, рота была сильно потрепана и пополнена бойцами городского истребительного батальона. Фактически она стала меньше взвода. Каждый день на корпуса падали снаряды, поднималась пехота с танками, с воздуха били пикировщики. Через неделю советское командование взорвало каменный мост через Нару. Это означало, что быстрого возвращения города не будет и ждать подкрепления роте неоткуда. Она осталась. Бойцы не только сидели в обороне. Группа лейтенанта Рязина пробралась в город и заминировала здание почты. Взрыв убил 12 гитлеровцев. Рязин был представлен к ордену Красного Знамени еще за бои у деревни Горчухино, приказ подписали 3 ноября 1941 года, когда он сражался на фабрике. Надеть орден он не успел. Об этом редко вспоминают, но такие детали показывают цену этого рубежа. Позже комиссар, а затем командир батальона 175-го полка Семен Бессараб писал школьникам Наро-Фоминска: «За рекой Нарой, на территории разбитой прядильно-ткацкой фабрики, находилась одна наша рота. По существу, это была не рота, а даже меньше взвода героев-смельчаков». И враг это признавал. В приказе командира 258-й пехотной дивизии вермахта прямо сказано: «Бои под Наро-Фоминском были самыми тяжелыми со дня образования дивизии…» Для дивизии, прошедшей Европу, это не вежливая формула, а сухой итог. Последняя попытка немцев взять Наро-Фоминск 1–5 декабря 1941 года провалилась. 26 декабря город освободила 33-я армия генерала Ефремова. Корпуса фабрики позже снесли, но в памяти остался «Дом Кудрявцева». Что в таком рубеже оказывается решающим: приказ, река, огонь с другого берега, галерея между корпусами — или люди, которые уже понимали, что отступать дальше некуда? Газета Авангард