❗В Нижнем Стане гибнет скот, а чиновники штрафуют трупы коров

❗В Нижнем Стане гибнет скот, а чиновники штрафуют трупы коров В предыдущем номере мы уже рассказывали о тревожной эпизоотической обстановке в Забайкалье — в регионе зафиксировали вспышки эмфизематозного карбункула (в простонародье — эмкара). Заболевание скота официально выявили в Шишкино Читинского округа, в Нижнем Стане Тунгокоченского района, а в балейском Ундино-Поселье лабораторно подтвердили опасный очаг. Диагноз «эмкар» для чиновничьих отчетов — находка исключительная. Виновата коварная почвенная бактерия, стихия, природа. Взятки гладки, расходимся по кабинетам. Вот только в селе Нижний Стан люди в эту сказку не верят. На минувшей неделе «Вечорка» побывала на месте событий и пообщалась с местными жителями, в частности, с Марией Амашукели, у которой еще в начале лета пала корова. Сельчане прямо заявляют: скотину убивает вовсе не мифическая зараза, а вполне осязаемая человеческая алчность, щедро приправленная концентрированной химией. Тунгокоченский район давно снискал славу забайкальского Клондайка, где законы тайги нередко подменяют собой Уголовный кодекс. Золото здесь мыли веками. Но если раньше старатель ассоциировался с лотком и кайлом, то современный нелегальный копатель вооружен куда опаснее. Сегодня драгоценный металл уже не просто намывают на ручьях — породу дробят и «выжигают» при помощи концентрированной азотной кислоты. В распоряжении редакции «Вечорки» оказалась весьма показательная видеозапись: буквально в двух шагах от грунтовки Вершино-Дарасунский — Нижний Стан доморощенные химики средь бела дня выпаривают золото. Над деревьями клубится характерный грязно-желтый удушливый дым — так называемый «лисий хвост», диоксид азота. Зрелище не просто устрашающее, пары азотной кислоты и ее соединений смертоносны для любого живого организма, а кислотные остатки смываются дождями прямиком в ручьи и на пастбища. Первый тревожный звонок прозвенел еще 6 июня. На берегу ручья Дарасунка, рядом с автомобильным мостом на въезде в Нижний Стан, замертво пали сразу две коровы. Перед гибелью животные бились в страшных конвульсиях, а из всех физиологических отверстий хлестала кровь. К концу августа счет погибших коров в окрестностях пошел уже на десяток. Рядом с местами падежа сельчане натыкались на свежие следы бурной деятельности «черных копателей» — брошенную породу, следы химии и едкий химический смрад. Прибывший на первый вызов ветеринарный врач, осматривая вскрытую тушу, не под запись обронил: по всем признакам, это острое токсическое отравление ядами. Казалось бы, ЧП районного масштаба! В черте поселения травят природу, льют опасные реактивы, гибнут домашние животные, а в нескольких сотнях метров живут люди и бегают дети. Пора объявлять тревогу, поднимать полицию, оцеплять тайгу и ловить подпольных алхимиков за руку? Как бы не так. В этот момент на сцену выходит забайкальская бюрократия, разыгрывая спектакль, перед которым меркнут произведения Кафки и Зощенко...