Салават включился в республиканский конкурс «Моя любимая семья – 2026». Каждая семья — ... — 8 июля 2026 г. в 17:06:55.510
Салават включился в республиканский конкурс «Моя любимая семья – 2026». Каждая семья — особенная, со своими традициями, успехами и достижениями. В Салавате есть дома, которые дышат особым, тёплым уютом. Дом семьи Кривальцевич — именно такой. Здесь пахнет свежей выпечкой, старыми книгами и тем самым спокойным счастьем, которое не кричит о себе, а согревает изнутри. Хозяйка этого дома Ирина — хрупкая блондинка с красивой улыбкой, в ее глазах читается та самая житейская мудрость, которая однажды помогла ей сделать самый важный выбор в своей жизни. Она — мама троих мальчишек. «Я люблю свою семью, хоть она обычная. В ней забота и любовь — ценность безграничная». Эти строки написал десятилетний Максим, и они могли бы стать эпиграфом к истории всех пятерых Кривальцевич. Ирина родилась в Салавате, как сама шутит, еще в советские времена. Диплом института по специальности «Бухгалтерский учет, анализ и аудит» сегодня покоится где-то среди семейных альбомов. Двадцать пять лет назад жизнь поставила перед ней ультиматум: цифры или дети. Она выбрала детей. — Помните фильм «Однажды двадцать лет спустя»? — говорит Ирина. — Где героиню Гундаревой спрашивают, кем она работает, а она отвечает: «Я работаю мамой». Вот так и я на протяжении четверти века работаю мамой. Надеюсь, что получается неплохо. Ее главным соратником, опорой и защитой стал муж Борис. Их пути пересеклись под бой курантов в компании общих друзей. Он учился в школе № 17, рано повзрослел, ведь они с мамой жили вдвоем. Мама была поваром и на работу уходила затемно. Маленький Боря вставал вместе с ней, провожал на работу, возвращался домой, собирался в школу, а потом бежал на тренировки по легкой атлетике. Эта закалка осталась с ним навсегда. С двухтысячного года он занимается бизнесом, продает автозапчасти. Сам ездит за товаром в Тольятти, сам стоит за прилавком. Не потому, что не доверяет людям, а от той самой мужской, немного упрямой ответственности. — Если бы не эта его упертость, если бы не его плечи, на которых держится наш быт, разве могла бы я позволить себе роскошь быть просто мамой? — говорит Ирина. Продолжение статьи...