Внимательно следим за екатеринбургским судом над историком Коноваловым В.Ю. с директрис... — 26 июня 2026 г. в 19:31:38.844
Внимательно следим за екатеринбургским судом над историком Коноваловым В.Ю. с директрисой, которая двух слов связать не может и её замкой, которая просто не приходит на суд. https://rodgersforum.borda.ru/?1-0-0-00000249-000-10001-0-1782450349&ysclid=mqvbmjuu18433597770 Такое "начальство" мы заслужили. В хорошие времена не думаю, что им бы доверили управлять чем-то большим, чем привокзальным ларьком. Хотя нет, и то было бы сложно. Цитарую сайт "Уральская генеалогия" Продолжаем наблюдать за процессом над Юрием Витальевичем Коноваловым. Допрос «потерпевшей» стороны в лице директора ГАСО А. А. Константиновой превзошел все ожидания по уровню цинизма и саморазоблачения. 1. Самопризнание в саботаже Устава В ходе допроса госпожа директор сделала поразительное заявление: оказывается, сканы документов в большом объеме у архива «никогда и никто не покупал, потому что это дорого». Остановитесь и вдумайтесь в эти слова. Согласно Уставу ГАСО, это казенное учреждение создано для обеспечения максимальной доступности и сохранности исторического наследия. На деле же руководитель признает, что установила такие «заградительные» цены, которые делают информацию мертвым грузом. Вместо выполнения государственных задач мы видим поведение хозяйки «частной лавочки», которая распоряжается общенародным достоянием как своей личной собственностью. 3. Некомпетентность и юридический абсурд Директор пришла на процесс максимально неподготовленной. Она путалась в датах, не знала основ работы ведомства, а в качестве доказательств приводила пункт из Правил работы читального зала, «забыв» что этот пункт введен в августе 2025 года, то есть через полгода ПОСЛЕ изъятия техники у Юрия Витальевича! Пытаться осудить человека на основании правил, не действовавших на момент событий — это юридическое бесправие в чистом виде. *** Очередное судебное заседание по делу Ю.В. Коновалова прошло в лучших традициях отечественного процессуального театра: свидетели пришли, вопросы задавались, ответы звучали, но главный персонаж дня — Шигорина-Родичева — в зал суда так и не явилась. Причина оказалась почти литературной: до нее, как сообщили в суде, «не смогли дозвониться». Особенно пикантно это выглядит потому, что к Шигориной-Родичевой у защиты накопилось много вопросов. Но вместо живого свидетеля суд получил тишину в трубке. На этом фоне допрошенные сотрудники читального зала, мягко говоря, не подарили обвинению триумфа. Из их показаний, насколько можно понять по итогам заседания, не следует главного: никто из них не подтвердил, что лично видел, как Коновалов тайно, преступно и коварно копировал что-либо с архивных дисков на свой ноутбук. Никто не рассказал драматическую сцену разоблачения. Никто не вспомнил, как его ловили за руку. Никто не сообщил, что был введен им в заблуждение. А ведь именно на этом держится вся конструкция обвинения: якобы был обман сотрудников архива, якобы Коновалов умолчал о своих «истинных намерениях», якобы сотрудники ничего не подозревали, а архив из-за этого понес многомиллионный ущерб. Пока же получается довольно странная картина: обман вроде бы был, но обманутые его не заметили; нарушение вроде бы было, но сотрудники читального зала его не видели; ущерб вроде бы огромный, но механизм его возникновения все еще напоминает бухгалтерскую фантазию на тему «сколько бы мы могли получить, если бы все происходило так, как нам теперь хочется представить». Отдельный процессуальный колорит добавила проблема слышимости. Судебное заседание — это, конечно, не концертный зал, но участники процесса все-таки должны слышать, что происходит. Иначе получается не правосудие, а радиоспектакль для тех, кому повезло сидеть ближе к источнику звука. Теперь дело отложено до 28 июля. На следующем заседании защита намерена продолжить допрос свидетелей, в том числе тех, кто действительно может иметь значение для проверки версии обвинения. Что касается Шигориной-Родичевой, то ей пора определиться: она свидетель по уголовному делу или участник конкурса «поймай меня, если сможешь