Тот самый выбор: как офицер люфтваффе предал Рейх ради одной девушки
Тот самый выбор: как офицер люфтваффе предал Рейх ради одной девушки Март 1943 года. Грузовик с надписью "Luftwaffe" выезжает из Минского гетто. В кузове — двадцать пять узников. За рулем — молодой фельдфебель, которому сказали, что они едут грузить цемент на станцию Руденск. Рядом с водителем сидит капитан Вилли Шульц. Он нервно сверяет дорогу. Когда вместо железнодорожных путей грузовик сворачивает к лесу, фельдфебель резко жмет на тормоз. — Куда мы? — спрашивает он. Шульц не отвечает. Тогда водитель понимает все. Он выпрыгивает из кабины и бросается наутек в сторону заснеженного поля. Капитан выходит из машины, вскидывает пистолет. Один выстрел решает все. Шульц возвращается в кабину, ведет грузовик дальше. Теперь обратной дороги нет. Теперь он — враг Рейха. И сделал он это не ради идеи, не ради партизанского задания, а ради восемнадцатилетней девушки с желтой звездой на груди. Вилли Шульц, боевой летчик, воевавший на Западе и получивший ранение, попал в Минск в 1942 году. Сорок пять лет, служба в интендантстве при Доме правительства БССР — скучная тыловая рутина. Пока однажды он не увидел, как узники гетто таскают торф в котельную. Среди них — Ильза Штайн, студентка из Франкфурта-на-Майне, которую депортировали вместе с десятками тысяч других. Для офицера вермахта связь с еврейкой — не просто нарушение устава. Это прямой расстрел или, в лучшем случае, штрафной батальон на Восточном фронте. Шульц знал это. Но он начал приносить Ильзе еду из офицерской столовой, добился назначения ее бригадиром рабочей группы, организовал, чтобы ее подруга Лея стала помощницей. Когда в гетто начались "акции" по уничтожению, Шульц пошел ва-банк. Он запер Ильзу и ее подруг в здании Дома правительства на трое суток — под предлогом срочных подсобных работ. Когда облавы закончились, выпустил. Начальство устроило разнос, но в 1943 году немцам не хватало опытных кадров, и дело замяли. Но Шульц уже переступил черту. Он начал учить русский язык. Тайком слушал московское радио. В его личном деле пошли записи: "Подозревается в связи с еврейкой И. Штайн". Он понимал — вопрос времени, когда его либо отправят на фронт, либо арестуют. План побега созревал несколько месяцев. Шульц вышел на партизан через Лею Гутникович. Те поставили условие: вывезти не троих, а двадцать пять человек. Шульц согласился. В день побега он выписал путевку на транспортировку двадцати пяти рабочих на станцию Руденск для погрузки цемента. Под видом грузчиков ехали двенадцать женщин и тринадцать мужчин. Ильза взяла двух сестер — девятнадцати и восьми лет. Лея — своего мужа. После того как Шульц застрелил водителя, группа пересекла реку Птичь и вышла к партизанам отряда имени Сталина из Второй Минской бригады. Операция прошла без помех. На допросе Шульц рассказал все: дислокацию частей, численность гарнизона, склады боеприпасов. Несколько месяцев он воевал в отряде, затем его и Ильзу эвакуировали самолетом за линию фронта. Их поселили в Малаховке под Москвой, на даче НКВД. Дальнейшая судьба оказалась горькой. Шульца отправили в спецлагерь №27 в Красногорске — готовили к агентурной работе. В декабре 1944 года он заболел менингитом и умер. Ильза родила сына, но ребенок не выжил. После войны она работала закройщицей на швейной фабрике, вышла замуж, родила дочь. В 1993 году ушла из жизни. Дочь Ильзы, Лариса, в интервью утверждала: мать говорила, что ненавидела Шульца и была с ним лишь ради выживания. Другие источники настаивают на взаимной любви. Как было на самом деле — мы уже не узнаем. Но факт остается фактом: немецкий офицер, летчик люфтваффе, нарушил присягу, убил своего солдата и спас двадцать пять человек. Он сделал свой выбор в тот момент, когда грузовик свернул в лес. История Шульца и Ильзы — напоминание о том, что в самой бесчеловечной системе находится место для человеческого поступка. Даже если цена этого поступка — собственная жизнь. Подписывайтесь чтобы не потерять Герои СССР